– А как строилось здание? Может, какая-то часть в первую очередь, а потом пристройки?
– Тут где-то был план… – пробормотала я, просматривая бумаги.
Документы, что нам удалось найти, оказались довольно старыми. Кое-где чернила вытерлись и не читались. Однако план поместья тут был.
– Получается, левое крыло строилось последним, а правое одновременно с центральной частью, – разобрав несколько страниц с чертежами, сказал граф. – Значит, часть можно исключить из поисков.
– А это что за постройка рядом? – спросила я, показывая на продолговатое здание, которое находилось на нескольких самых старых чертежах.
– Какой-то сарай?
Все склонились над столом, рассматривая бумаги.
– Похоже на флигель для гостей, – подала голос Кларисса. – Он сейчас стоит закрытый. Раньше господ больше было, и летом устраивали приемы. Тут далеко до приличных гостиниц, поэтому многие оставались ночевать."
"– Получается, этот флигель построили раньше, чем основное здание? – задумчиво протянула я.
– А ведь точно! – воскликнула управляющая.
– Я помню, мне старая кухарка Берта рассказывала, что ее отец юнцом помогал столичным строителям. Ближайшая деревушка тогда была крохотной: всего десяток домов, архитектора и бригаду строителей старый хозяин из столицы привез. Им жить негде было, поэтому они сначала себе жилье справили, а потом, уже после постройки здания, его в гостевой флигель перестроили.
– Надо обыскать этот гостевой домик! Я уверен, мы на верном пути! – воодушевился Шон.
Кажется, он был готов бежать туда прямо сейчас.
– Вот завтра с него и начнем, а сейчас уже поздно. Пора спать, – не согласилась я.
Шон провожал меня до комнаты. Обычно рядом практически все время маячил дье Кналиб, либо кто-то из его подчиненных. Однако сегодня начальство расслаблялось, попивая вино, поэтому бандиты тоже решили не перенапрягаться и занялись своими делами, а мы с Шоном оказались предоставлены сами себе.
Нет, конечно же, из поместья никому выйти не дадут, караулы никуда не делись, да и мы давали клятву о том, что не убежим, но ослабление слежки порадовало.
Сейчас можно было, наконец, поговорить откровенно. Но у Шона, похоже, были другие мысли о том, как можно провести время.
Обычно он целовал мне руки возле двери спальни, желал спокойной ночи и уходил, но сегодня изменил этой традиции и тоже зашел в спальню. Я даже не успела удивиться или растеряться, когда Шон прижал меня к себе и прикоснулся губами к губам. Поцелуй, который начинался, как нежный, быстро перерос в страстный.
