Чтобы шоу смотрелось поживее. Они помучают меня несколько недель, заставят участвовать в своих дурацких конкурсах, а у меня из-за этого отбора рушилась вся жизнь! Меня бросил парень, я упускаю карьеру своей мечты…
«Ну уж нет! – резко сев, я решительно вытерла слезы рукавом. – Я так легко не сдамся! Мало ли что сказал советник… Мне нужно пойти к самому императору! В конце концов, теперь я его невеста. Неужели он не выделит мне пару минут?»"
"Первый же встречный в коридоре гвардеец махнул рукой в сторону крыла, где проживает его величество.
А вот там уже начались проблемы: стражник у двери, которая отделяла общедоступный коридор от той части, где жила императорская семья, наотрез отказался входить в мое положение.
– Посторонним вход воспрещен, – непререкаемым тоном отзывался он в ответ на любые мои аргументы.
– Но я же не посторонняя! – отчаявшись, привела я последний, самый веский довод. – Я, между прочим, считаюсь невестой императора!
Я даже не врала – в «Регламенте отбора» было черным по белому написано, что пока нас не исключили, все мы формально являемся невестами.
Зачем его величеству нужно пятнадцать невест сразу, я не совсем понимала. Гвардеец, видимо, разделял мои сомнения, потому что его лицо осталось все таким же непререкаемо строгим. Поняв, что он не собирается меня пускать, я уже было отвернулась, чтобы удалиться, как вдруг за спиной раздалось:
– Я думаю, для невесты можно сделать исключение. Проходите, рина.
Обернувшись, я благодарно улыбнулась своему спасителю – высокому худощавому мужчине, который показался очень знакомым.
Блондин, с короткой светлой бородкой, но с темными бровями, на контрасте выглядевшими странновато. Темные, как колодцы, глаза смотрели на меня с легким любопытством, словно оценивая. Пару секунд я старалась припомнить, где мы могли пересекаться раньше, а поняв, кто это, тут же попыталась изобразить кривой реверанс.
– Герцог Монтенгери, – так, а нужно ли делать реверанс при встрече с герцогом? Или только с правителем?
Мужчина принял мой жест вежливости, как должное, из чего я сделала вывод, что не ошиблась.
Более того, он шагнул вперед и зачем-то протянул мне руку.
– Приятно познакомиться, рина…
– Э… Летиция Мэйвери. Можно просто Летти, – обескураженно отозвалась я и осторожно схватилась за протянутую мне ладонь. Она была холодной и липкой.
Герцог Монтенгери был дядей императора и мало появлялся на публике, и я совершенно не представляла, что он за человек.
