Случайный шаг

 – Вот на летний торг поедем, обязательно куплю специй всяких, чтобы ты и на мою долю коптил да солил.

– Пустое, – польщенно отмахнулся Векша. – Есть у меня беда. Коль мне какое дело по душе, так я удержу не знаю. В прошлом годе столько всякого накоптил, что еще два года одному есть придется. Весь подпол забит.

– Погоди, так у тебя ледник там? – оживился приятель.

– Да какой там ледник, – отмахнулся кузнец. – Так, выкопал просто поглубже, да после крышу соломой застелил. Вот и прохладно там. Где тут льда-то взять? Зима вроде и холодная, а все одно, ни ручей, ни родники не перемерзают.

За льдом в горы ехать потребно. А это дело шибко опасное. Разом в колодках оказаться можно. Не любят горцы, когда мы в их уделы приходим, хоть и по делу.

– Понятно, – задумчиво кивнул Беломир, прикидывая, как можно решить этот вопрос.

Вышедшая из бани румяная от жара Лада отвлекла их, и Векша, забыв обо всем, кинулся кормить ребенка, подкладывая ей кусочки посочнее. Глядя на эту идиллию, Беломир не мог сдержать улыбки.

Больше всего Векша в этот момент напоминал громадного медведя, обхаживающего своего детеныша. Даже ворчал так же, по-медвежьи. Утробно и гулко.

Посиделки эти закончились только в сумерках. Передохнув после обильной еды, приятели запили все съеденное кто чем и, распрощавшись, отправились отдыхать.

* * *Выбор места для постройки дома много времени не занял. Беломиру с самого начала было понятно, что берлога его должна находиться рядом с тем местом, где будут проводиться всяческие работы и испытания.

А значит, дом должен стоять у ручья, по соседству с домом кузнеца. Селиться рядом с Векшей и прежде было не много желающих, а теперь, когда он сдружился с Беломиром, так и вовсе народ предпочитал держаться подальше от этого индустриального уголка станицы.

Уж больно беспокойным было это соседство. Тут и постоянно работающие подростки, выделывавшие кирпич, и кузня, где гремели железом уже сутками. И скрипящее водяное колесо, от которого ночью становилось жутковато. В общем, все тридцать три удовольствия для суеверного обывателя.

И если казаки, как люди суровые и бывалые, относились ко всем этим неудобствам с философским спокойствием, то женское население станицы уже принялось складывать о приятелях небылицы.

Услышав парочку из них в пересказе Беляны, своей квартирной хозяйки, Беломир ржал так, что ему со двора его же кони отзывались. Хозяйка, заметно обидевшись на такую его реакцию, только фыркнула и, задрав нос, отправилась мыть посуду.