Случайный шаг

Растерянно вздохнув, Беломир старательно вытер клинок шашки об одежду ближайшего тела и, убрав ее в ножны, негромко спросил:

– Девку нашел?

– В лагере нашем лежит, – отмахнулся Серко.

– А караульные? – не унимался парень.

– Все сдохли, – зло усмехнулся казак. – Сказано, ни один не ушел.

– Волк коней их разогнал, – напомнил Беломир. – Искать станем или так уйдем?

– За то покоен будь. Не далеко они убежали, – рассмеялся казак, вытирая саблю. – Выходит, зря я тебе не поверил, – сменил он тему.

– В чем? – насторожился парень.

– А что сумеешь без шума этих взять. Только один и успел крякнуть.

– Поторопился, – виновато вздохнул парень. – Забыл, что такой удар на выдохе наносить надо.

– А ну, расскажи, – вдруг потребовал казак.

– К телу подбираешься и слушаешь. Как выдох услышал, так и бей. Но только в самое ухо. Да и кинжал для такого дела другой нужен, – добавил парень, выдергивая свое оружие из трупа. – У этого больно клинок широк. В кости застрять может. Тут лучше что-то вроде стилета.

– А это что за зверь? – с интересом поинтересовался Григорий.

– Кинжал такой. У него клинок узкий. Специально для ударов жалом сделан. Бывает трех или четырех граней. Им сквозь доспех или кольчугу бить положено.

– Это где ж такое придумали? – недоуменно уточнил Серко.

– Говорят, в Италии, а как оно на самом деле, не ведаю, – тут же вывернулся Беломир.

– Стилет, значит, – задумался казак. – А сделать его можешь?

– Дело нехитрое. Вот в станицу вернемся, покажу Векше, каков он с виду, тот откует.

– А чего ты с этим рубиться не стал, – снова сменил казак тему.

– Время терять не хотел. Много их против нас двоих было, – пожал парень плечами, собирая свои ножи и попутно проводя контроль. Все тем же ударом кинжала в ухо.

– Глотки режь. Оно так надежнее будет, – посоветовал Серко, наклоняясь над своим крестиком.

– Крови много. Грязно, – поморщился Беломир.

– А ты, значит, чисто убивать любишь? – тут же поддел его казак.

– Чисто человека убить невозможно.

– А ежели зельем опоить? – не унимался Серко.

– А тут смотря какое зелье. От иного и пена изо рта, и кровь из всех дыр. Да еще и все, что в желудке имеется, наружу польется.

– Выходит, крови ты не боишься, но лить ее не любишь? – прямо спросил Григорий.

– А чего в том хорошего? Чай, живой человек. Он и семью свою имеет, и родителей. Но раз уж сложилось, что врагом мне стал, значит, так тому и быть.