«Хозяин»…
Но Мэй понимала и не пыталась возражать. Пусть так. Сейчас он не выдаст ее тайны. И все же, она попалась окончательно, поздно дергаться.
— Дайте руку, сеньорита, — велел гильдиец.
Мэй протянула. Он взял ее ладонь одной рукой, его пальцы были холодные, мягкие, но удивительно цепкие.
Он надел на Мэй широкий черный браслет, плотно севший на запястье. Мэй почувствовала легкий укол и пощипывание.
— Не пугайтесь, сеньорита, сейчас все пройдет, как только закончится настройка браслета. Пожалуйста, подтвердите, что не имеете илойского гражданства или гражданства страны, находящейся под протекторатом Илоя.
— Подтверждаю, — сказала Мэй. Джийнар не потерял своей независимости. Но это значит, что здесь она не имеет никаких прав.
— Хорошо. Теперь вы, сеньор Лоренцо Луци, подтвердите, что являетесь законным опекуном и берете на себя ответственность за все действия, совершенные сеньоритой Имэйдаль Луци.
— Да, подтверждаю.
Формально — рабства в Илое нет, но всегда есть другие пути. Вместе с ответственностью Ренцо получает полное право распоряжаться Мэй на свое усмотрение, плоть до убийства.
Он так же имеет полное право отпустить ее… формально.
Гильдиец нажал что-то там у себя и удовлетворено кивнул.
— Все, благодарю вас, сеньор. Процедура закончена. Я слышал, девушка опасна и склонна к побегу, не так ли? Я советую вам внимательно следить за ней, это в ваших же интересах.
Принялся упаковывать чемоданчик.
— Я прослежу, — сказал Ренцо.
Мэй смотрела на него и понимала, что вот все это говорят неспроста.
Угрожая Ренцо, пока не явно, лишь намеком, но это значит — повод уже есть. Если она убежит… если Гильдия возьмется подстроить ей побег, то отвечать придется ему. И как знать, что будет.
Ренцо казался совершенно спокойным.
— Имэйдаль Луци! — на пороге стояла Лене. Она словно ждала. — Ты принял ее в семью?"
"И вот Лене-то спокойной не была точно. На взводе, хоть и старалась держать себя в руках. Из-за Мэй? Или тут другие, давние причины? Ренцо повернулся к ней.
Она шагнула вперед… У нее разбита губа сбоку и синяк вокруг, Лене пыталась припудрить… или как раз не пыталась? Наоборот, чтобы было лучше видно? Мэй всматривалась, но не могла понять что же не так.
— Сеньора Элене! Что с вами! — а вот гильдиец, кажется, совсем не удивлен.
— Ах, ничего страшного, — наигранно небрежно отмахнулась она. — Небольшое недоразумение.
Ренцо скрипнул зубами.
— Ну, и что же это за недоразумение? — сказал он. — Расскажи.
