Служанка-леди

Попытаемся отказаться?

— Милорд… — начала я, но закончить не успела.

— Ян-н-на-а-а-а, — протянул Морвейн-старший, сузив опасно блеснувшие глаза.

И пальцем поманил. Сердце упало в обморок и сказало, что отказывается работать в таких условиях, коленки пришлось уговаривать не подгибаться. Да что я, как маленькая, в самом деле. Не съест же, и вряд ли набросится прямо тут, в гостиной. Ну а если прикоснется… Переживу. У него гости через двадцать минут, ему идти их встречать уже надо. Подбородок сам поднялся, губы упрямо сжались, и я подошла к Эрсанну, остановилась, глядя поверх его плеча.

Высокий, моя макушка доставала ему чуть выше подбородка.

— Повернись.

Опять спиной. Повиновалась, стиснув зубы и сжав кулаки, была бы на загривке шерсть, встала бы дыбом. А так, только мышцы закаменели, да волосы поднялись на затылке. Прическу, что ли, оценивает?

— Ян, ты действительно не считаешь себя красивой? — вопрос застал врасплох и я, неуверенная, что правильно расслышала, осторожно переспросила.

— Простите… что?

— Ты же красивая, Яна, откуда столько неуверенности в себе и стеснения? — до меня донесся шорох, настороженность возросла, я едва справлялась с желанием обернуться.

Откуда, откуда… Оттуда. Из детства, из него, родимого. Но Эрсанн — не мой психолог, и откровенничать не собираюсь. Дернула плечом, ничего не ответив."

"— Ты боишься быть естественной, — продолжил Эрсанн, и голос приобрел ласкающие, бархатистые интонации. — У тебя есть характер, но ты его прячешь, — тут вдруг перед моим лицом появились руки Морвейна-старшего, державшие… цепочку с крупной золотистой жемчужиной.

Золотую цепочку. — Ты умеешь быть привлекательной, но боишься, — руки медленно опустили цепочку, и прохладная жемчужина легла на грудь прямо в ложбинку, а я, завороженная словами Эрсанна, не могла отвести взгляда от украшения. — Ты стесняешься того, что тебе нравится, — теплые пальцы скользнули по шее, родив россыпь горячих мурашек аж до поясницы, застегнули цепочку, и ладони легли на мои плечи. — Ты взрослая женщина, Яна, но порой ведешь себя, как испуганная маленькая девочка, шарахающаяся от собственной тени. И которая боится собственных желаний, — Эрсанн большими пальцами погладил плечи, я же застыла, дыша через раз и не желая, не желая слушать его.

Как он ухитрился всего лишь по косвенным признакам, но ведь разглядел все. Я не смела пошевелиться, а Морвейн… медленно провел губами чуть выше цепочки, ладони скользнули по рукам и накрыли мои судорожно стиснутые пальцы.