Служанка-попаданка (СИ)

- То есть ты просто на жалость повелась? Похоже, я поторопился с выводами насчёт «умнее», - вздохнул Клайверд, заставив покраснеть ещё сильнее, и… разозлив.

- Да, мне её жалко. А сейчас, после вашего рассказа, особенно! С ней поступили жестоко!

- Жестоко? - нахмурился Дрогайриз, а в его голосе зазвенел металл. - Ты, правда, ничего не понимаешь? Да эти письма её спасли! Если бы всё зашло слишком далеко, и Виральда стала женой Аннадиса, поверь, глава рода всё равно нашёл бы способ от неё избавиться.

- Я вас поняла, - сказала бесцветным голосом, окончательно уяснив для себя простую истину - от всех Дрогайризов нужно держаться подальше. Это не семья, а просто мафия какая-то. - И как я уже сказала, никаких видов на Бирсона не имею.

- Ты сообщишь мне, если он снова к тебе придёт?

- Сообщу, - в конце концов, это и в моих интересах.

- Хорошо, - заметно расслабился Клайверд, - тогда почему деньги не берёшь?

Экипаж остановился.

- Моя мама говорила: «Бьют - беги, дают - бери. Но, помни - пока не взяла, ты никому ничего не должна».

- Веснушка, независимость - это всего лишь иллюзия, - со вздохом покачал головой Клайверд. - каждый что-то кому-то да должен. Впрочем, как знаешь, главное про наш договор не забывай. Если нужно будет со мной связаться, найдёшь по расписанию.

Когда я вышла, дверца закрылась, и экипаж поехал дальше.

В большом кабинете Тодсона Дрогайриза, как всегда, горел камин, и Клайверд расположился у окна неподалёку от него. Прошло много лет с тех пор, как в него попало замораживающее заклятье, но он до сих пор периодически ощущал так называемый фантомный холод. Тепло огня помогало с ним справиться.

- Ну и где этот неблагодарный паршивец? Полагаю, там же, где обычно? - сердито проворчал глава рода, увидев, что племянник вернулся один.

- Да, но я договорился с управляющим того заведения. Бирсона там больше обслуживать не будут, как и в других местах, которые он прежде посещал. Так что скоро вернётся. Денег у него тоже, насколько мне известно, почти не осталось, - спокойно отчитался парень, борясь с желанием протянуть ладони прямо к огню. Свои слабости нельзя демонстрировать никому. Это он давно усвоил.