Поле этого Дэниел снова развернулся и ускорил шаг.
— Ты такой сильный и гордый, — вспомнила я, как стойко он выдержал взгляды. — Ведешь себя так, словно мнение людей для тебя ничего не значит.
— Оно и правда для меня ничего не значит, — уверенно сказал Дэниел.
— Почему? — удивилась я. — Разве это возможно. Это ведь важно…
— Почему мне должно быть важно, что они обо мне думают?
Мы с Дэниелом вошли в конюшню.
— Но это ведь грустно, когда к тебе плохо относятся.
— Вовсе нет. Грустно, когда к тебе плохо относятся те, до кого тебе есть дело.
А мне плевать на этих людей.
Я с удивлением и новым восторгом посмотрела на Дэниела. После Леди Николь, Дэниел стал вторым человеком, который заставил меня восхищаться.
Был в нем какой-то стержень, который я до этого встречала лишь у леди. Его походка, выражение на лице. То, как он отвечал обидчику. Каждая фраза сквозила превосходством.
Достаточно было провести с этим парнем несколько минут, чтобы почувствовать в нем какую-то внутреннюю силу.
Принцесса выпрыгнула сама, она словно почувствовала Дэниела, бросившись ему в ноги.
Дэниел щелкнул пальцами и, как вчера конюшню осветили огоньки.
Я увидела то, что никак не ожидала увидеть.
— Что за мазь ты на нее намазала? — спросил Дэниел. Он был удивлен и я была удивлена не меньше.
* * *Кошка была пушистой и полностью здоровой. Она с удвоенной силой терлась об ноги Дэниела, словно понимала — Дэниел ее спаситель.
Должно быть, у принцессы получилось растопить его сердце, Дэниел неожиданно присел и погладил кошку.
От этой сцены у меня внутри все затрепетало.
— Ты будешь ее кормить, Лисса, или как? — нарушил мои раздумья Дэниел своим недовольным голосом. Я тут же пришла в себя, засунула руку в сумку и вытащила кашу.
Поставив тарелку, отошла.
— Может, еще раз посмотрим, что прячет мадам Эван, — спросила я Дэниела.
— Нет, — уверенно ответил он.
— Неужели тебе неинтересно?
— Нет, — снова повторил Дэниел. Как только Принцесса поела кашу, Дэниел взял тарелку и отдал ее мне.
С разочарованием, я приняла тарелку, понимая, что тайну леди Эван Дэниел разгадывать не хочет.
Он потушил огоньки, а после, вышел из конюшни. Я пошла за ним, пытаясь поспеть за его быстрым шагом.
Добрались до комнаты мы без происшествий.
— Я тебе так признательна, что не знаю, как и отблагодарить.
— Ты можешь сама о себе позаботиться, — сказал Дэниел.
Я никаких не ожидала этих слов.
— Я имею в виду, чтобы ты ела, Лисса, — сказал он. — Или, может, тебе стоит вообще уехать.
