Но чем сильнее становились эфемеры, тем больше им требовалось, и тогда они заставляли людей конфликтовать.
Они манипулировали, раздували страхи, играли на комплексах, внушали различные идеи. Все это вело к скандалам, дракам, раздорам и войнам.
Шаакару удалось уничтожить не одну цивилизацию. Он был «откормленным» эфемером. И благодаря этому мог переходить из одного мира в другой.
К слову, по внешнему виду эфемеры отличались. Все зависело от того, какую идею несли люди в конфликте, который в итоге и породил эфемера.
Именно поэтому Полина была уверена, что Шаакар когда-то бродил по Земле.
— Драконы не смогли убить его, поэтому решили запечатать. Печать, которую они создали, — продолжил Риар после короткого молчания, — надежно сдерживала его. Даже сейчас, когда силы драконов были на исходе, он не мог сам освободиться. Для этого ему требовалось усиление. У него имелось два выхода. Первый — дождаться, пока все драконы умрут и их печати истощатся. Второй — каким-то образом собрать силу мраков и впитать ее.
После этого он смог бы сломать ловушку, в которой оказался.
— Но все изменилось, — подхватила Полина.
— Верно, — Риар кивнул. — Появилась ты и освободила меня. Потом я нашел мрака. Тот попытался уничтожить меня в сером мире. Шаакар опасался, что я каким-то образом могу разрушить его долгосрочный план. Но ты снова вмешалась. Благодаря тебе ничего не вышло. Мы уничтожили мрака и впитали его энергию.
— И тогда он решил пойти вторым путем, — вздохнула Поля. — По сути, мы начали работать ему на руку.
— Именно, — согласился Риар. — Он понимал, что в конечном итоге мы доберемся до него. Он собирался уничтожить нас и забрать свою силу обратно, чтобы с ее помощью сломать печать.
— Но мы остановились, — напомнила Полина.
— Да, и тогда он сам приехал к нам в теле короля Вестерлеи. К тому времени ему удалось захватить его разум. Даже дракон Обермаля оказался бессилен. Из-за печати, которая тянула у него силы десятилетиями, к тому моменту он был просто слаб. Его появление натолкнуло меня на новые идеи.
— И ты сразу помчался делать то, чего он от тебя и хотел, — сердито бросила Полина, все еще помнившая безрассудство Риара.
— Ничего бы не изменилось, — попытался обелить себя Риар. — Если бы я тебе рассказал, что бы ты сделала?
Полина на некоторое время задумалась, а потом вздохнула в поражении.
— Присоединилась бы к тебе."
"— Именно, — Риар улыбнулся и подсел к Поле ближе. — Для него это была беспроигрышная ситуация.
