Я окончательно расслабилась, как-то подсознательно решив, что день был настолько насыщенным, что уже как-то по справедливости сегодня не должно больше возникнуть никаких неожиданностей. Однако же, как оказалось, день преподнёс мне ещё не все сюрпризы.
Когда на улице уже прочно стемнело, под окнами внезапно кто-то заиграл на гитаре. Мы встрепенулись, но без недовольства – мелодия была красивая, плавная, и музыкант явно был мастером своего дела. Но вот в следующий миг в эту чудесную мелодию вклинился писклявый пронзительный голос, который, ужасно фальшивя и не попадая в ноты, затянул… серенаду! Причём все как-то сразу поняли, кому именно они должны быть благодарны за неожиданный концерт, ведь этот, с позволения сказать, певец, начал песню с обращения:
– О, Марго, Марго,
Выгляни в окно,
Дай узреть твой лик…
Я опешила.
Взгляды друзей скрестились на мне. Повисла зловещая тишина, и было слышно каждое слово серенады, которую с дурным упорством завывал неизвестный оригинал.
Он восхвалял мою красоту, признавался мне в любви и мечтал заключить меня в объятия, чтобы, цитирую, «вдохнуть аромат волос».
Однако же это было только начало. В следующем куплете певец решил, что неплохо бы добавить в текст огонька и подробностей.
По мере повествования я всё больше краснела и чувствовала, что начинаю звереть. Когда он начал описывать, как планирует слиться со мной в страстном танце и вознестись на вершины блаженства, у меня вырвался рык. Этот рык прервал всеобщее оцепенение.
Мои гости переглянулись и… заржали! Громко, с упоением!
Пока они ухохатывались, я выбралась из-за стола и подскочила к окну.
Под окнами стоял музыкант в чёрной одежде и широкополой шляпе, чтобы, как видно, слиться с темнотой и не перетягивать на себя внимание от основного действующего лица.
А рядом с ним продолжал тянуть свою песню… тот самый аристократишка, которого я сегодня спасла из поля искажения!
Но самое-то обидное то, что из других окон торчали головы наших соседей по общаге, которые с явным удовольствием внимали этой неприличной балладе и даже подбадривали певца выкриками и свистом.
Глава 18
Ошалевший от такой популярности, меня неожиданный поклонник заметил не сразу. А когда заметил, просиял и замолчал, чем сильно раздосадовал народ, жаждущий продолжения этой похабной серенады.
– Марго! – завопил он, воздев руки вверх. – Ты пришла!
– Поразительная наблюдательность, – язвительно заметила я.
