Служебный роман с чужой невестой

Ее болтало в моих ладонях, словно колючка испытала апокалипсис. И на пике дрожи она выкрикнула: – Я согласна, твою ж мать! – последнее пропела на высокой ноте и вжалась в меня, практически вросла, заставляя скрипеть зубами от напряжения. Ева сдула волосы, что упали на лицо, и прорычала: – Но, – яростно обняла меня ногами и позволила высвободить свою мощь – толкалась ко мне и впускала на возможную глубину. Когда я стал пульсировать, прошептала: – Увижу с бабой, хрен оторву, а ей патли вырву. Ты мой мишка, мой Винни, мой жених!

От её движений  и слов у меня темнело в глазах и подгибались колени, я был готов излиться в любую секунду, но Ева просила не быстро… И в то же время извивалась на мне так, что сдерживаться было почти невозможно.

– Несносная моя, – прорычал я и, прижимая её к забору спиной, заставил замереть на секунду, яростно сдерживая волну пика, оттягивая финал. – Что ты со мной делаешь? Я снова как мальчишка, готов кончить только от твоего запаха, звучания голоса, от слов… Хочешь дольше, молчи и не шевелись.

Сам едва не рассмеялся от смысла сказанного: потребовать такое от моей колючей бабочки – равнозначно приказать птице замереть в воздухе. А это дилемма.

– Чёрт, Ева, а если будем чаще? Дольше смогу в презике, но с ними не тот кайф. Хорошо, я постараюсь… Ты скажи, когда можно."

"Затрезвонил телефон, но мне было плевать. Я приник губами к нежной коже Евы и, сжимая ладонью её ягодицу, медленно и глубоко входил в неё, отстранялся на миг и снова толкался.

Яростно брал свою женщину на таран снова и снова. Постанывая, пил её дыхание, наслаждался криками и, собирая в кулак силу волю, оттягивал сладостный пик. Словно на острие меча балансировал. Яркое, на грани боли, удовольствие. Яростное, на пределе сил, наслаждение.

– Стой! – Ева немного отодвинулась, выпустила меня из себя, заставив почти застонать от разочарования, встала у заборчика ко мне спиной и наклонилась. Посмотрела через плечо: – Не сдерживайся, я хочу увидеть твою мощь, мой властный медвежонок, – и, схватившись руками за парапет, прогнулась.

– И никаких презиков, – засмеялась она, когда я погладил ее ладонью и нашел пальцами влажные от любовного сока лепестки. – Ненавижу дэмо-версии, хочу исполнять наш дуэт в живую.

Я выдохнул и провёл головкой члена по нежной промежности своей женщины. Слушая, как Ева застонала, только хотел погрузиться в такую желанную норку, как услышал шорох за спиной.