Смех Циклопа

В следующие дни труппа сыграла «Похвалу мухе» и «Диалоги мертвецов», принятые на ура в столице империи шедевры Лукиана Самосатского.

Пока произведения Лукиана развлекали галло-римскую публику, неизбалованную гастролями римских артистов, сам он наведался к городскому старшине по имени Руф Гедемо.

Он объяснил, что интересуется, не поднимали ли со дна моря близ Лёката остатков корабля его предка, затонувшего здесь некогда.

На счастье, Руф Гедемо видел пьесу талантливого драматурга и согласился ему помочь.

Так Лукиан Самосатский узнал, что кораблекрушение «Калипсо» в 159 г. до н. э. было записано в анналы. Среди погибших фигурировал римский гражданин по имени Теренций Афр.

Лукиан возрадовался этой находке. Он спросил Руфа Гедемо, были ли подняты со дна предметы с борта «Калипсо». Руф Гедемо ответил, что вероятность невелика, но что все бесхозные предметы хранятся в особом помещении, куда можно заглянуть.

Тогда Лукиан Самосатский решил продлить свое пребывание в этом городе, так сердечно принимавшем его сочинения.

Утром он написал странную пьеску про человека, отправляющегося на Луну. Так, сам того не зная, он стал основоположником научной фантастики.

Днем он при помощи двух рабов стал разбирать содержимое зала находок, надеясь наткнуться на предметы с «Калипсо».

Потом, снова нанеся визит Руфу Гедемо, он сообщил, что обнаружил искомое. Теперь ему предстояло вернуться в Рим, чтобы утрясти кое-какие дела, но он дал слово, что вернется с намерением завершить свои дни в этом чудесном городке, удаленном от римской суеты.

В Риме Лукиана ждали небывалые почести: публика, прознав о его успехе у галльских варваров, возжелала его еще сильнее.

Сам император Марк Аврелий пригласил его к себе во дворец и сообщил, что жалует ему в знак признательности земельные владения. По его словам, Лукиан сумел показать варварам, что римляне не только воины, но и высококультурная нация.

Но император Марк Аврелий умер. Его сын, Цезарь Луций Коммод Аврелий, не жаловал «папиного любимчика». Он надавил на театры, чтобы они перестали ставить пьесы Лукиана Самосатского.

Вскоре Коммод затеял строительство гигантской арены, Колизея, чтобы «по-настоящему веселить народ» гладиаторскими боями и умерщвлением приговоренных.

Лукиан не был любителем цирковых игрищ.