Смех Циклопа

Артус делает выпад шуткой про гомосексуалов.

Она отражает его шуткой про блондинок.

Белозубый Палач не в силах сдержаться, приступ его смеха становится неудержимым… и завершается сухим звуком выстрела.

– П-З-П-П! П-З-П-П! П-З-П-П!

Слышно, как по залу шмыгают Дариус-гёлз, раздавая выигрыш.

Тадеуш Возняк снова берет микрофон.

– А теперь – третий раунд ПЗПП. В нем перед вами, как и обещано, предстанут победительница, Кати Серебристая Ласка, и Себастьян по прозвищу Многомудрый Себ.

Зрители не щадят ладоней, кто-то рвет глотку:

– П-З-П-П! П-З-П-П! П-З-П-П!

Себастьян встает, одергивает клетчатый пиджак, завязывает на затылке ленточки маски.

– Не ходите! – молит его Лукреция.

– Не беспокойтесь, я выиграю. Для меня у этой Серебристой Ласки туповаты зубки.

Он перечитывает шутки Кати, как полководец, изучающий воронки от вражеских снарядов, и несколько раз подчеркивает последнюю, убийственную.

– Недурно, недурно… С виду овечка, а на самом деле крепкий орешек.

Он ставит в блокноте галочки, отмечая места, где Ласку начинал разбирать смех: видимо, это ее слабые места, туда ему и надо будет бить.

– Если вы проиграете, я не узнаю имя убийцы…

– Я не могу проиграть. Дело профессиональнойчести!

Он поправляет узел галстука.

– Могу для смеха и в качестве доброго предзнаменования прямо сейчас назвать вам убийцу.

– Учтите, всему вашему расследованию придет конец. Вы не будете жалеть?

– Хватит меня изводить!

Из репродуктора доносится:

– Себастьян, Многомудрый Себ, на сцену!

– СЕБ! СЕБ! СЕБ! – скандирует зал.

– Простите, мне пора. Скажу вам имя убийцы после дуэли.

Он уже берется за дверную ручку.

– Нет, говорите сейчас! – требует она, еле сдерживаясь, чтобы не броситься на него с кулаками.

– Думаете, я проиграю?

– Мало ли что! Всякое может случиться. Так что лучше выкладывайте.

Себастьян Долин меняется в лице, теперь он серьезен.

– Как я погляжу, вы не понимаете, с кем имеете дело, мадемуазель. Я профессиональный юморист. Пусть я алкоголик, пусть разорен, все равно я лучше всех.

Он смотрит на нее с бодрой улыбкой.

– Боитесь, что ли? Что-то не пойму, за меня или что не получите информацию?

– А вы красивая. Поцелуйте меня. Если мне суждено умереть, пускай я испущу дух со вкусом ваших губ на моих.

Она, помедлив, целует его, поцелуй затягивается, становится глубоким.