Смех Циклопа

Лукреция Немрод щелкает затвором со скоростью автоматной очереди, запечатлевая, как при замедленной съемке, все подробности развязки.

В нескольких метрах ниже, пробуждаемый электромагнитным импульсом, приходит в движение курок пистолета на треноге.

Удар бойка по гильзе, врыв пороха, пролет пули по стволу в огненном вихре, вылет наружу. Пуля 22-го калибра пролетает несколько сантиметров, пробивает кожный покров, кость черепа и мозговую массу, чтобы вылететь с другой стороны. С тем же перекошенным судорогой лицом Себ размякает в кресле.

Публика получила свое, она вскакивает и радостно вопит:

– П-З-П-П! П-З-П-П! П-З-П-П!

Выбежавшие на ринг полуодетые женщины отвязывают от кресла теплое еще тело, накрывают красной попоной и уносят на носилках.

Тадеуш Возняк произносит в микрофон:

– Так завершил свои дни опытнейший Многомудрый Себ.

Зал доволен, и конферансье с улыбкой продолжает:

– Как сказал уже не помню кто: «Опыт – это имя, которое каждый дает своим ошибкам»! А сегодняшняя победительница – Кати Серебристая Ласка.

– ПЗПП! ПЗПП! ПЗПП! – отвечает толпа.

Тадеуш Возняк поднимает руку и закрывает тремя пальцами правый глаз. Зал дружно повторяет его жест.

Лукрецию Немрод сейчас опять вывернет наизнанку. Усилием воли она предотвращает новый приступ рвоты.

Она настраивает камеру, чтобы увеличить лица, но тут бумажка с буквами GLH, полученная от Себастьяна Долина, выпархивает из ее кармана и планирует, как мертвый листок, пока не опускается между двумя ярко освещенными креслами.

Зрители задирают голову и видят притаившуюся над ними молодую женщину с фотоаппаратом.

Первая гордо сообщает:

– Я нашла мышеловки и стащила сыр, оставшись невредимой. Просто не надо медлить.

– Подумаешь! Знаешь, такие розовые шарики? Крысиный яд? Я ем их на закуску.

Третья смотрит на часы и говорит равнодушно:

– Жаль, девчонки, уже пять часов, мне пора вас оставить.

Из скетча Дариуса Возняка «Друзья наши звери».

Стиснутые зубы, скрежет тормозов, ветер треплет выбившиеся из-под шлема длинные рыжие волосы.

Лукреция Немрод крутит рукоятку газа, ее мотоцикл с коляской лихо разгоняется, издавая нарастающий стальной рев.

В зеркальце стремительно увеличивается мотоцикл ее преследователя.

С каждым виражом расстояние между ними сокращается.