Рыская между ними, «Экспресс форти» Картера успел сунуть свой гордый нос в добрую сотню бухточек, узких заливов и гаваней, расположенных от Норуолка до Ниантика с коннектикутской стороны и от Плам-Айленда до Уодинг-Ривера – со стороны Лонг-Айленда. В четыре часа Провидение попыталось решительно прервать поиски и потопить катер. Примерно в половине четвертого Фокс увидел первые признаки такой перспективы и, понимая даже, что благоразумие диктует немедленно укрыться в какой-нибудь тихой гавани, решил все же, что катер может справиться с ненастьем при условии умелого обращения.
Небо на западе заволокло клубящимися тучами; поднялся ветер, чьи порывы, множа силу, тысячами обрушивались на катер. Еще недавно тихие воды пролива вспухли и устроили безумную качку с летящей по ветру пеной. Ясный летний день обернулся вдруг зловещими сумерками. Фокс сбросил газ, привел катер к ветру на три четверти и начал молиться о крепости его конструкции. Судно трепетало, делая резкие броски то вверх, то вниз, заваливалось на борт, выпрямлялось и для разнообразия заваливалось на другой борт, при этом изо всех сил пыталось окунуть нос поглубже в воду.
Впрочем, ненастье стихло практически столь же внезапно, как и разыгралось, и при первой же возможности Фокс оглянулся, чтобы обвести пассажиров взглядом. Вон Кестер трясся, белый, как бумажный лист. Люк Уир белым не был, но тоже трясся. Ридли Торп кивнул Фоксу и объявил:
– Отлично справились! Боже всевышний, что за ветер! Вы действовали идеально!
Кивнув ему в ответ, Фокс вернулся к управлению катером и тихо пробурчал себе под нос:
– Ни на ком не следует ставить крест.
Никогда об этом не забывай.
Спустя еще десять минут недалеко от Шорхэма в поле зрения показалась крошечная бухта, похожая на дырку от выпавшего зуба, а посреди нее стоял белый прогулочный катер с коричневой рубкой. Очевидно, закреплен он был вполне надежно, так как всякие следы того, что непогода срывала судно с якоря, отсутствовали. Фокс свернул к берегу и через минуту сумел прочитать на носу название катера: «Армада».
Подплыл к нему вплотную на малых оборотах, схватился за борт катера и выключил мотор. В кокпите, орудуя шваброй в попытке избавиться от нанесенной ветром воды, возился мужчина лет шестидесяти, с загорелым дочерна лицом, невысокий, но не щуплый, с выступающими скулами и глубоко посаженными серыми глазами.
– Вы Генри Джордан? – поинтересовался Фокс.
– Он самый, – ответил мужчина. – А ты кто будешь?
Глава 7Было 16:40.
