Онлайн-библиотека книг
Юра открыл холодильник и начал осматривать полки с продуктами.
– Что ты хочешь там найти? – спросила Настя, которая даже подумать не могла о том, чтобы встать и делать какие-то движения. Она словно приросла к табуретке и неподвижно сидела, прислонившись к кухонному столу.
– Не знаю, – откликнулся Коротков. – Просто смотрю.
– Ну, перечисляй, что видишь.
– Упаковка сосисок, Черкизовский комбинат, невскрытая. Колбаса сырокопченая, порезанная тонкими ломтиками, в упаковке. Сыр, тоже порезанный на ломтики, в упаковке.
– «Дамталер», – подсказала Настя, сидевшая с закрытыми глазами, опираясь подбородком на сложенные руки.
– Ты же не видишь…
– Я слышу. У сыра «Дамталер» большие дырки. Давай дальше."
"– Банка немецкого майонеза, начатая. Бутылка кетчупа, тоже начатая, примерно треть осталась. Масло сливочное, новозеландское, в серебристой упаковке, полпачки. Так, еще яйца, раз, два, три, четыре… девять штук.
Настя неловко поднялась, табуретка с грохотом упала на пол.
– Где салат? Покажи.
– Да вот он.
Юра протянул ей небольшую хрустальную салатницу. Ее бело-желтое содержимое было уложено аккуратной горкой и украшено сверху кружочком помидора и веточкой петрушки.
– Что у вас происходит? – раздался голос следователя. – Почему мебель падает?
– Извини, Саня, это я неудачно встала, – смущенно сказала Настя.
Следователь неодобрительно покачал головой и снова вернулся в комнату. Настя подошла к сверкающей белизной плите, на которой не было ничего, кроме красного чайника со свистком, и открыла духовку. На белом противне лежали четыре куска мяса, уже засохшие, но в свое время запеченные с сыром и майонезом. Она медленно выпрямилась.
– Юра, она не застрелилась.
– Что ты сказала? – резко обернулся к ней Коротков.
– Она не застрелилась. Ее убили.
* * *Телефонный звонок застал ее в тот момент, когда она только успела переступить порог своей квартиры.
– Господи, Ася, я тебя потерял. Ты что, дома не ночевала? Где тебя носит?
– Прости, Лешик, я не успела тебя предупредить, а потом застряла, закрутилась… Мы нашли ту женщину из загса, которая была на фотографии, помнишь?
– Помню. И что женщина?
– Умерла. Мы всю ночь в ее квартире проторчали.
– Бедная ты моя, – посочувствовал ей Леша.
