Одним словом, меняются условия игры, и глупо стремиться играть в новых условиях по старым правилам. Хотите еще кофе?
– Хочу, – призналась Настя. – Если вашу помощницу это не затруднит.
Кот Гамлет спал в колыбельке, образованной плотными кольцами свернувшегося Змея, и сон его был болезненным и беспокойным. Он вздрагивал, вытягивал и втягивал больную лапу, хрипло стонал и то и дело отрывисто мяукал. Выздоровление шло совсем не так быстро, как на то рассчитывали Ворон и Камень, более того, многочисленные болезни Кота периодически давали новый всплеск, ему становилось хуже, и тогда казалось, что лечение никакой пользы не приносит и несчастный вот-вот испустит дух.
Камень искренне переживал и волновался, Ворон же ревновал и столь же искренне не понимал волнения старого друга.
– Да что с ним сделается! – возмущенно каркал он. – Поболеет-поболеет – и поправится, никуда не денется, ну, лапа будет кривая, ну, ухо рваное, и что? Ему же не на выставку. А вы вокруг него вьетесь, припарки-примочки, отвары-настойки, в глаза ему заглядываете, нос щупаете, температуру проверяете.
Вы еще под хвост ему загляните! Совсем ополоумели со своим Гамлетом.
– Тише, – останавливал его Камень, – он же спит. Сон – лучшее лекарство. Как ты не понимаешь, Гамлет серьезно болен, он может умереть.
Ворон опешил и озадаченно посмотрел сперва на Камня, потом на спящего в объятиях Змея Кота.
– То есть как это – умереть? – неуверенным шепотом прохрипел он. – Тьфу, у меня от неожиданности даже голос пропал. Что ты такое говоришь? Что значит – умереть?
– Да вот то и значит, – грустно ответил Камень.
– Наступит печальный день, и окажется, что Кот только что был живой – и уже его нет, он мертвый.
Ворон потряс блестящей черной головой.
– Как это – мертвый? И что, я не смогу с ним разговаривать?
– Не сможешь.
– То есть я буду его спрашивать, а он мне не ответит?
– Его вообще здесь не будет. Сначала он не ответит, а потом мы его похороним, и ты его больше не увидишь.
– Как же так? – растерялся Ворон. – Я буду, ты будешь, даже эта кишка поганая, Змей, и тот будет, а Кота не будет? Я не понимаю.
Змей приподнял овальную голову, из-за чего одно кольцо колыбели, самое верхнее, распрямилось, и Кот беспокойно зашевелился.
– Ты привык иметь дело с нами, – негромко прошипел он, – а мы все в этом лесу – Вечные. Ты никогда не терял близких, потому что твои близкие – это мы, а мы не умираем. Тебе придется смириться с тем, что Кот может умереть, потому что он смертный, он из обычного мира.
