Смерть как искусство. Том 2. Правосудие

 – Так вы встречаетесь с Колодным?

– А я выпью чайку. Знаете, только что с работы пришла, поужинать не успела, есть очень хочется. Одну минутку подождите.

Ольга скрылась в кухне, но Антон последовал за ней, встал в дверях и молча наблюдал, как девушка в один чайник наливает воду, а в другой насыпает заварку.

– Ольга, вы не ответили на мой вопрос, – настойчиво произнес он, внимательно глядя на ее руки, порхающие над чашкой, блюдцем и сахарницей.

– Вы хотите знать, не встречаемся ли мы с Никитой в романтическом, так сказать, плане? – наконец заговорила она.

 – Вынуждена вас разочаровать. Конечно, не стану скрывать, я бы хотела, чтобы наши отношения были более близкими, но Никита женат и очень любит свою жену. Мне не на что рассчитывать. Поэтому наши отношения ограничиваются только разговорами.

– И о чем же вы разговариваете?

– О театре, о спектаклях, о его ролях, о разных пьесах.

– То есть вы – театралка? – уточнил Антон.

– Ну… – смущенно улыбнулась Ольга. – Вообще-то, не очень.

Просто мне нравится Никита, и я стараюсь быть для него интересной.

– Скажите, Ольга, а о той пьесе, которую он сейчас репетирует, вам Колодный что-нибудь рассказывал?

Она подхватила поднос, на котором стояли чашка с горячим чаем, сахарница и молочник, и пошла в комнату. Антону пришлось посторониться, чтобы пропустить ее. Ольга уселась на диван, положила в чашку сахар, налила молоко, все это неторопливо размешала ложечкой и, вопросительно посмотрев на Антона, предложила:

– Не соблазнитесь? Давайте я вам тоже налью, пока горячий.

У меня очень хороший чай.

Но он снова отказался. Ему не хотелось отрываться от наблюдения за Ольгой, за движениями ее густых темно-рыжих бровей, ее пухлых губ, покрытых ярко-розовой помадой.

– Так что насчет пьесы? – напомнил он.

– Никита говорил о ней, но не в подробностях. Я поняла только, что пьеса ему не нравится, но он счастлив, что ему дали одну из двух главных ролей, он так долго ждал этого. Раз вы спрашиваете про Никиту, то, наверное, уже знаете, что ему долго не давали играть, поэтому для него важен этот спектакль.

Он очень хочет, чтобы пьеса стала лучше и чтобы спектакль не списали после трех-четырех представлений, а давали несколько сезонов. Вот, собственно, и все, что я знаю.

– А чем именно ему не нравится пьеса, он не говорил?

– Никита сказал, что она совсем сырая и вообще малоинтересная, в характерах нет изюминки, нет драматургии образов.