Смерть может танцевать 6

 — А имеем мы, кстати, неплохо.

— О барахле, которое сейчас будем грузить на повозку.

— О да-а! — с кровожадной улыбкой закивала та. — На это я всегда согласна.

Девушка подошла к первому ящику ухватила его и, несмотря на то, что весил он килограмм тридцать пять, плюс-минус, довольно легко его подняла. Инъекция прекрасно выполняла свою работу даже в другом мире. Представляю, каким она будет сюрпризом для местных, с виду хрупкая, симпатичная девушка, по которой вряд ли скажешь, что она без труда голыми руками разогнёт подкову.

С ней и в старые времена не каждый желал связываться, а сейчас оно и подавно очень опасное мероприятие.

Пока я заканчивал с последним покойником и оттирал запёкшуюся кровь с ножа, рук да и с одежды тоже, девушка уложила в телегу уже более с десятка ящиков и, судя по всему, останавливаться не собиралась. Уж чего-чего, а оружие она точно ни за что не бросит. Если потребуется, будет до заката его собирать, лишь бы лошадь справилась. А нет, так и на два рейса без лишних вопросов сподобится.

И я её полностью поддерживаю, ведь здесь оно нам может ой как пригодиться. Мои предположения это, конечно, хорошо, но по факту мы ничего не знаем о том, в какой мир нас занесло. Когда-то я тоже считал, что самое страшное оружие — меч или копьё, но стоило копнуть чуточку глубже, как на свет появилось столько всего интересного. Не стоит исключать, что здесь могут всплыть подобные сюрпризы.

— Ты помогать вообще думаешь? — замерла Лема с очередным ящиком в руках.

— Не особо, — честно признался я.

 — Ты прекрасно смотришься в трудах, особенно, когда нагибаешься.

— Это да, — с довольным лицом согласилась та, — но если ты мне сейчас не поможешь, рискуешь остаться без сладкого.

— А вот это уже нечестно.

— Что поделать, — пожала плечами та. — Жизнь, вообще, крайне несправедливая штука.

— Ох и договоришься ты у меня, — покачал я головой, но всё же отправился на подмогу.

Лошадка медленно переставляла ноги и упорно тянула за собой скрипящую повозку. Мерное повизгивание колёс каждый раз отдавалось в мозгах и сильно раздражало.

Но других вариантов всё равно не было, да и мы не имели ни малейшего представления, куда идти. В одном месте тропа разделилась надвое, и лошадь на какое-то время замерла, видимо, ожидала, когда мы её направим. Мы же, в свою очередь, даже не подумали прикасаться к поводьям, предоставляя выбор более опытной путешественнице — самой кобыле. В итоге она взяла влево, а на наши уши вновь обрушился противный скрип.