Смерть может танцевать 6

Этот принадлежал силе земли, но я уже и без того об этом догадывался. Четыре стихии вполне укладывались в логику, но храмов было шесть, а потому оставшиеся два будоражили любопытство. Какие ещё энергии участвовали в ритуале? Пятый храм дал ответ. Изображения явно говорили об электричестве, или чем-то очень близком к нему. Об этом свидетельствовал символ молнии, который часто изображался на электрощитовых в моём времени. А вот у последнего храма мы размышляли довольно долго. Здесь не было ничего, что хоть как-то объясняло принадлежность человека к высшему порядку.

И да, я попробовал прикоснуться к стенам обоих из них. Никакой реакции не последовало, но это вовсе не означало, что они не функционируют, возможно, моя энергетика к ним попросту не подходит.

Вооружившись данной гипотезой, мы двинулись к центральной части комплекса, в надежде отыскать ответы здесь. Однако они не оправдались. В центре расположился каменный шестигранный столб, на массивном постаменте, отполированный до зеркального блеска.

Ни рисунков, ни надписей, вообще ничего, что могло рассказать о его принадлежности. Высота примерно метров двадцать. Навершие срезано и оканчивается некой площадкой, что наводит на определённые размышления. Либо так было задумано, либо там чего-то не хватает. Возможно, статуи, которая бы объяснила все остальные рисунки, а может, и ещё чего.

— Предлагаю прерваться и пообедать, — высказался я. — На сытый живот лучше думается.

Мы расположились прямо на траве. Расстелили отрез хлопка, на который полетела нехитрая снедь, в основном всё те же овощи и фрукты, но с недавних пор местные стали регулярно употреблять в пищу мясо.

С солью в этом мире дела обстояли не очень, по крайней мере, в данном регионе, а потому в качестве консерванта, использовали соки различных ягод и, естественно, дым. Некоторые специи моего мира удалось повторить и здесь, умельцы нашлись, подобрали похожие по аромату травы. Но, несмотря на всё это, ввиду отсутствия соли, пища казалась безвкусной. Хотя, надо признать, мы к этому довольно быстро привыкли.

Вот так, вприкуску то с огурцом, то с помидором, каждый молча жевал свой кусок кабанятины. Всё бы ничего, но лица людей выражали озабоченность или даже некий страх. Их неловкость в данном месте я почувствовал сразу, но изначально не придал этому никакого значения, списал всё на ошеломляющий эффект от грандиозности и масштаба сооружения. Чего греха таить, я и сам испытывал нечто похожее.