Смерть на Ниле. Причуда мертвеца

— Он откинулся на спинку стула, оглядел потолок, посвистел, скрестил ноги в немыслимых брюках и сообщил: — Теперь я буду звать вас кузиной.

Мисс Ван Шуйлер трясло от ярости.

— Извольте выйти отсюда, сэр, иначе я позвоню стюарду.

Задыхаясь от гнева, мисс Ван Шуйлер выбиралась из кресла. Осторожно отложив ненужный больше журнал, Пуаро вскочил и принес ей клубок шерсти.

— Благодарю вас, месье Пуаро. Не откажите в любезности послать ко мне мисс Бауэрз — я в совершенном расстройстве. Этот наглый молодой человек.

— Да, весьма эксцентричен, — согласился Пуаро. — У них вся семья такая. Избалован, конечно, любит помахать кулаками. — И как бы между прочим добавил: — Вы, конечно, его узнали?

— Из-за своих прогрессивных взглядов он пренебрегает титулом и называет себя Фергюсоном.

— Титулом? — пронзительно вскрикнула мисс Ван Шуйлер.

— Да, это же молодой лорд Долиш. Денежный мешок, но в Оксфорде успел заделаться коммунистом.

Выражая лицом полную сумятицу чувств, мисс Ван Шуйлер спросила:

— Вы давно это знаете, месье Пуаро?

Пуаро пожал плечами:

— Видел на днях фотографию в газете, очень похож на себя.

Ему доставило большое удовольствие наблюдать смену выражений на лице мисс Ван Шуйлер. Наконец она милостиво кивнула ему и произнесла:

— Весьма признательна вам, месье Пуаро.

Пуаро, улыбаясь, проводил ее взглядом. Когда она вышла из салона, он опустился в кресло и лицо его снова омрачилось. Он сидел, перебирая мысли, и время от времени кивал.

— Mais oui, — сказал он наконец. — Все сходится. 

В салоне его и нашел Рейс.

— Что будем делать, Пуаро? Через десять минут явится Пеннингтон. Поручаю его вашим заботам.

Пуаро быстро поднялся.

— Сначала доставьте мне Фанторпа.

— Фанторпа? — У Рейса был удивленный вид.

— Да, приведите его ко мне.

Рейс кивнул и вышел. Пуаро прошел в свою каюту, куда вскоре подошли Рейс и Фанторп.

Пуаро указал на стул, предложил сигарету.

— Итак, мистер Фанторп, — сказал он, — к делу.

Джим Фанторп озадаченно скосил глаза на галстук.

— Это галстук выпускника Итона, — сказал он.

— Вот именно. Примите к сведению, что я отчасти знаю английские порядки, хотя я и иностранец. Я знаю, например, что существуют такие вещи: «что следует делать» и «чего не следует делать».

Здесь Джим Фанторп усмехнулся:

— Теперь нечасто услышишь подобные слова, сэр.