Смерть оловянных солдатиков

 – Ведь у вас такая муза…

– Нет. Ни за что! Свобода творчества есть абсолют, которым я не собираюсь торговать. Кто хочет меня купить – у того не хватит денег. Кто хочет со мной договориться – пусть со мной разговаривает, а не стреляет из-за угла. Кто хочет меня запугать – пусть оставит свои иллюзии, ибо я никого не боюсь. Кто хочет меня убить – пусть попробует!

Это была крепкая домашняя заготовка, которая очень понравилась зрителю.

– У меня есть свои принципы и убеждения. И если они кому-то не нравятся, пусть они их опровергают в честном философском поединке.

Ибо пули – не аргумент, но признак их отсутствия. Стреляет тот, кому нечего сказать. Кто боится открытого боя.

– Вы хотите сказать, что ваши враги – трусы?

– Именно это я и хочу сказать!

Новые аплодисменты. И новые допечатки тиражей. Книги, которая оказалась и вполне успешным коммерческим проектом.

В другом месте, на другом канале, в другой стране избежавший смерти беглец выступил с новыми обидными комментариями. Откровенно издеваясь над своими палачами, он утверждал, что свое спасение может объяснить только тем, что или у Аллаха такие плохие воины, или Аллах отвернулся от них, или сам Аллах растерял свое былое могущество.

Ну раз не может справиться со своим единственным обидчиком, несмотря на целую армию правоверных воинов, которые гоняются за ним по всему миру. Потому что вот он – живехонький, а его несостоявшиеся палачи все до одного лежат в морозильниках в морге. Как это объяснить?

– Можете считать это вызовом! Все эти террористы, все эти боевики лишь изображают из себя воинов Аллаха.

На самом деле это обычные наемники, которые получают деньги за каждую отрезанную ими голову. И Аллах тут ни при чем. Если я обидел их бога, то я хочу иметь дело с ним, а не с этим вооруженным сбродом. Пусть их бог придет ко мне, пусть даст знак, и мы найдем с ним общий язык…

– А это не перебор? – робко интересовался журналист.

Который после последнего нападения слегка поубавил оптимизма. И уже начал сомневаться, что насильственная смерть в зените славы лучше, чем тихое и долгое угасание на больничной койке.

– Они ведь теперь меня будут искать с утроенной силой."

"– Будут. И это хорошо. Последнее нападение серьезно подняло ваши рейтинги. На вас теперь ставят.

– Простите, не понял?

– На вас стали принимать ставки в тотализаторе. На вашу смерть. Как долго вы сможете оставаться живым. А это успех!

– Вы, серьезно?

– Совершенно. Вы стали популярны как звезда футбола. На них тоже ставят. На голы.