Смерть под уровнем моря

– Тыкали штыками в Крамского, отдирали лепнину со стен. Аркадий Петрович так рассвирепел!.. Мы думали, он своими руками их задушит.

– Да, имелось неумолимое желание такого рода. – Старик усмехнулся. – Женщины оттащили. Хорошо, что в соседнем зале немецкий офицер прогуливался. Он решил покрасоваться перед Юленькой, да так гавкнул на этих негодяев, что они хвосты поджали и убежали."

"– Вас убили бы, Аркадий Петрович, – заявила Юля. – Просто случай помог. Вадим Викторович, именно вмешательство товарища Шабалдина не раз помогало остановить кражу или осквернение наших раритетов.

– Не смущайте меня, Юленька, – сказал старик. – Что вы выдумываете? Все мы выполняли свою работу, два с половиной года хранили наши экспонаты, но, к сожалению, не смогли предотвратить то, что случилось в последние дни.

– Я коллекцию монет припрятал в саду под клумбой, – проворчал Сурков. – Немцы все стаскивали к входу. Я коробку ногой с крыльца скинул, когда никто не видел, а потом, как стемнело, закопал.

– Вы тоже молодец, Валентин, – сказал Шабалдин. – Что бы мы делали без этого человека, товарищ капитан. Он и шофер, и сторож, и мастер по мелкому ремонту. Если надо, может с полицаями договориться.

– Вам платили жалованье? – спросил Вадим.

– Да, мы понимаем, что это звучит отвратительно, – подумав, сказал Шабалдин. – Возможно, мы в чем-то виноваты. Со стороны виднее. Я далек от того, чтобы кого-то обвинять, но нас все оставили. Если бы не самоотверженность наших сотрудников, не чувство долга, любовь к своей работе, порой доходящая до фанатичности… – Шабалдин недоговорил, закашлялся.

Все остальные понуро молчали.

– Нам платили в среднем по шестьдесят марок, – опустив голову, сказал Сурков. – Не до шику, но на жизнь хватало. Руководство получало больше, рядовые сотрудники – меньше.

– Аркадий Петрович все свои сказочные богатства тратил на то, чтобы нас прокормить, – пробормотала Матильда Егоровна. – Покупал какую-то одежду моей старенькой маме, добывал дефицитные лекарства.

Капитан чувствовал себя неловко. Он скомкал беседу и покинул компанию.

Завершался очередной день. В лагере догорали костры, гремели ведра и котелки. Партизаны расползались по норам.

– День прошел, да и хрен с ним, – выдал где-то поблизости неугомонный Чернуля. – Завтра наши в наступление пойдут. Отвечаю, мужики. У меня видение было.

Вадим завернул за скалу, пролез через кустарник и спустился в овраг, по дну которого протекал ручей.