Смерть со школьной скамьи

Ничего хорошего этот звонок не предвещал.

— Мелкумян, собирайтесь и бегом в дежурку! — взволнованным голосом велел дежурный по УВД.

— Мать его! — выругался напарник. — Нас-то что дергать? В райотделах опергруппы перевелись, что ли?

Дежурный по УВД действительно был не на шутку встревожен.

— Звонил наш бывший сотрудник Колесов Дмитрий Петрович. Ты, Эдик, должен его помнить, он в БХСС одно время работал. Так вот, он утверждает, что в соседней с ним квартире только что прозвучало два выстрела. Надо проверить. Не дай бог, факт подтвердится!

— А что, центральщики не могут съездить? Вдруг этому Колесову все померещилось? — недовольно пробурчал Мелкумян.

— Да ты что, мать твою, мелешь! — закричал дежурный. — А если это правда — стрельба в самый разгар праздника? Ты что, нас всех под монастырь подвести хочешь? Живо, ноги в руки и бегом на адрес! Бегом, ты понял?

— Как бегом, а машина где?

— Мелкумян, адрес находится от нас через три дома. Вы быстрым шагом там через пять минут будете. К тому же сегодня праздник, я поберегу машину на межгород.

Предполагаемое место происшествия оказалось кирпичным пятиэтажным домом постройки начала шестидесятых годов. У второго подъезда нас поджидал бодрый старичок с беспородной собачкой на поводке.

— Я живу в третьем подъезде, — поздоровавшись, пояснил он. — У меня за стенкой, вот здесь, в соседнем подъезде, дважды выстрелили из пистолета.

— Вы не могли ошибиться, Дмитрий Петрович? — дипломатично спросил Мелкумян.

— А ты сходи и проверь, ошибся я или нет, — язвительно ответил Колесов.

Квартира, где предположительно была стрельба, находилась на втором этаже. Окна выходили во двор. Дверь квартиры была закрыта.

— Как выйдут на пенсию, так им все что-то мерещится, — недовольно пробурчал Мелкумян, толкнул дверь… и она открылась.

— Андрюха, — прошептал он вмиг пересохшими губами, — у тебя ствол есть?

Я молча достал пистолет, передернул затвор и шагнул в квартиру. Мелкумян — следом.

Труп светловолосой девушки лежал посреди зала в луже крови. Даже в двух лужах, слившихся в одну: первая пуля пробила ей спину, вторая снесла половину черепа. Из обоих повреждений кровотечение к нашему приходу прекратилось.

Одета убитая была в домашний халат. При падении полы халата задрались кверху, обнажив стройные ровные ноги. Правая рука трупа была подмята туловищем, левая откинута в сторону.

— Ты видел? — зашипел Мелкумян, показывая рукой на труп.