Да еще родители его говорили, что какой-то чудик к ним приходил, уговаривал пса Юркиного продать. Даром не стал забирать, хоть и предлагали, хочет, чтобы все по закону. А по закону если, так собака — это имущество, а значит, наследство. А значит, и Ксюшина доля во всем этом есть. Как же она раньше об этом не подумала?
Ольга остановилась. Не резко, словно наткнувшись на что-то, нет. Воздух вдруг стал вязким, словно в воду входила, и ноги, будто ватные. Каждый шаг давался все труднее, и в конце концов она остановилась посреди тротуара, оцепенев от ужаса.
Как же она сразу не подумала про наследство?! Ведь это мотив. Пусть наследницей только Ксюша считается. Она маленькая, а Ольга — мать. И больше других заинтересована, чтобы дочка это наследство чертово получила. И значит, подозревать ее могут запросто. Наверняка, уже и подозревают. Опер этот сегодня хоть и спрашивал, сколько прожили, да почему разошлись, наверняка думает, что мотив у нее есть. Только виду не подавал.
И баба эта еще, что под конец разговора пришла. Не просто так она села и на нее молча уставилась. Явно ждали, что Ольга нервничать начнет и себя выдаст. Хорошо, что она только сейчас об этом догадалась. А то, действительно, занервничала бы, начала мямлить, путаться. И тогда бы они точно решили, что она в смерти бывшего мужа была заинтересована. А что? Очень удобно. Бывшая жена убивает бывшего мужа, чтобы обеспечить наследство их общему ребенку. А то, что наследство там небольшое, так это не беда.
Им, голодранкам, и это сойдет. Да им двухкомнатная квартира — просто подарок небес. И пойди потом, рассказывай, что не нужна тебе эта его квартира. И вообще ничего от него не нужно. Все, что тебе нужно сейчас — это свалить из этой страны как можно скорее, и забыть всю эту жизнь, как страшный сон. А наследство пусть родители Юркины забирают. И квартиру, и машину, и собаку эту, пропади она пропадом.
Трясущимися руками она достала из сумки пачку сигарет, долго не могла подцепить ногтями плотно прижатый к другим фильтр.
Долго чиркала дешевой зажигалкой. Наконец закурила, с силой затягиваясь успевшей отсыреть сигаретой. А ведь собиралась бросить. Даже пачку эту покупать не хотела. В последний момент взяла, сама себя ругая за нетвердый характер. Бросать надо. Стиву-то она сказала, что не курит. Они же там, в Америке, на здоровом образе жизни помешаны все. Вот и приходится соответствовать.
