Смертельно влюблён (СИ)

— Не шевелись, малышка, — говорит Хэнк, приподнимая ткань платья чуть вверх, оголяя обречённые на безвыходность ножки и мраморную спину. — И не бойся такого большого шприца, маленькой иглой тяжело пробить кожный покров на спине.

На неё смотрит другой мужчина в таком виде, таком немощном положении. Но это только для дела. Для самой важной вещи, которая происходит в моей жизни.

— Пожалуйста, Стаас, любимый, не надо, я не хочу, я не болею ничем.

Ты болеешь самостоятельностью. Так не должно быть.

— Говорю же, не дёргайся, — повторил он, уже обрабатывая нужное место для ввода инъекции влажной ватой.

— Главное же попасть в нужное место. У меня рука наточена, но если врач криворукий, то человек и калекой остаться может. Хотя, в принципе, для чего мы здесь и собрались. Держи её покрепче.

— Ты очень сильная, милая, это всего лишь несколько минут, — успокаивал её я, готовясь к тому, что сейчас будет. — Не мотай нам нервы.

Хэнк вводит иглу ей в кожу. Она зверски кричит, но я зажимаю ей рот ладонью.

— Всё-всё, успокойся. Я рядом. Всё хорошо, родная. Всё закончено, правда, доктор?

— Да, ты молодец. Сейчас мне скажешь, чувствуешь тепло, проходящее по телу? Оно должно появиться моментально.

Полин ничего не ответила. Может, даже самого вопроса не услышала от потока своих слёз.

— Малыш, тебя же спросили, ты чувствуешь в своих ножках тепло? Ответь, пожалуйста.

— Д-да, — разрываясь в истерике, всё-таки сказала та.

— Отлично, всё правильно, так и должно быть.

Оно может перейти в жар, всё в порядке, не волнуйся.

— Надеюсь, это последнее, что она будет чувствовать ими?

— Да, за это можешь не переживать.

Шприц летит вниз на пол.

Оставляю лежать Полин на кровати. Больше попыток сбежать от неё не исходило. Завожу его в гостиную. Беру бумажник со столика.

— Сейчас смотри, — начинает Хэнк, — её может морозить, может бросать в жар, такое будет примерно час, может больше.

— А когда ноги откажут?

— В течении часа мышцы полностью атрофируются и онемеют, но она даже сейчас уже не сможет встать.

Вот поставь её и увидишь, упадёт сразу же. Ноги не выстоят после этого с такой нагрузкой.

— Ты гарантируешь мне, что через час она перестанет ходить навсегда? Ты вообще уверен, что этих четырёх уколов хватит? — я нервничал, боясь увидеть её снова стоящую на своих ногах.

— Мне с тобой остаться на часик, чтобы ты убедился в этом при мне? — шутливо сказал он.

— Ладно, хорошо, ты прав.