"
"Ему задали порядка пятидесяти вопросов, и ни на один из них он не смог дать вразумительного ответа. В совокупности с отталкивающей внешностью это играло не в его пользу. Тогда он решился на опасный шаг. Он достал из кармана полую монету, начиненную последней копией фотопленок с зашифрованными данными разведки, и передал сотрудникам посольства.
– Вот доказательство моих слов. Я хочу, чтобы меня переправили в США и передали в руки агентов ЦРУ. Они разберутся, говорю я правду или лгу, – заявил он и его просьбу удовлетворили.
В ожидании встречи с агентами американской разведки ему пришлось нелегко. Алкоголя ему не давали, а без очередной порции спиртного он уже не мог. И все же Вик как-то выдержал. Возвращаться в Москву после такого поворота он никак не мог. Обратного пути не было, поэтому пришлось выдержать все. Он прошел медицинское освидетельствование, где его признали вменяемым, и только после этого отправили на допрос в ЦРУ.
Там он выложил все: рассказал о каждом тайнике на территории Нью-Йорка, сообщил о способах шифровки, об агенте КГБ, с которым имел связь на протяжении нескольких лет.
Тот факт, что связной работал в Секретариате ООН и Хейханен об этом знал, сильно ему помог. По описанию внешности агенты ЦРУ легко вычислили советского резидента. Им оказался Михаил Свирин. Дальше – больше. След вел от одного агента к другому, пока не привел к тому, кого он знал под псевдонимом Марк.
– Да, так все и было. Арестовали «Марка» по моей наводке, вот что я тебе скажу. – Он обращался к полупустой бутылке, как к лучшему другу.
Впрочем, так оно и было, ведь друзей ему завести так и не удалось. – Знаешь, я ведь думал, что, как только они его арестуют, моя история окрасится новыми красками. Мои новые покровители поймут, какую важную птицу я им сдал, и наградят меня за это по-царски. Но этот паршивец «Марк» испортил всю картину. После ареста он заявил, что отказывается отвечать на их вопросы. Сколько агентов ЦРУ перед ним хвостами крутили, сколько специалистов по перевербовке его обрабатывало, а он стоял на своем: я не разведчик, на Союз не работал, и все тут! Ух, как он бесил меня своим упорством.
Думаю, в конце концов они отказали бы мне в поддержке, может, даже передали бы меня в Москву, если бы не шифр. Вот тут у меня появился шанс, ведь шифр, которым я шифровал информацию, полученную от «Марка», не мог расшифровать ни один специалист-шифровальщик. Ни в Америке, ни в какой другой стране. А знаешь, как они назвали этот шифр? Шифр ВИК.
