Смертельный способ выйти замуж

Не слушая моих рыданий, Велдон с довольным видом всадил иглу в руку и влил раствор. Почти сразу я почувствовала, как немеет язык, потом похолодело в горле, голова закружилась, заставляя упасть на подкосившиеся колени.

– Отведи Каринтию в ее новую комнату, – послышался голос Велдона.

Я попыталась дотянуться до распотрошенного Милаша, лежащего совсем рядом, но силы окончательно покинули тело и тьма поглотила меня.

Очнулась я от прикосновений мокрой губки к моему лицу, с трудом разлепила глаза и уставилась на идеальное восковое лицо механической куклы Молли.

– Мелинда очнулась, – проскрипел незнакомый голос. – Господин уж начал волноваться, что переборщил с дозой, сейчас обрадую его, что все в порядке.

– Мне плохо, – прошептала я пересохшими губами. Голова болела, я с трудом приподняла ее.

– Все пройдет, попей водички, – проговорила Молли и поднесла к моему рту ложку. Я сглотнула холодную жидкость, и тут же пожалела об этом. А если это опять какой-нибудь дурман, чтобы держать меня в состоянии овоща? Постаралась сесть в постели и оглядеться.

– Меня зовут Каринтия, – заявила я.

– Это в прошлом, – отозвалась служанка. – Господин сам придумал тебе новое имя, да такое красивое – Мелинда.

Сердце часто забилось, в груди стал разливаться жар, я лихорадочно кинулась ощупывать свои руки и ноги, к счастью, я все еще находилась в своем теле. Немного успокоившись, я облегченно вздохнула, но тут моя ладонь коснулась головы, и я заорала как помешанная.

– Где мои волосы? – спросила я, давясь рыданиями.

Роскошные белокурые локоны кто-то нещадно срезал, оставив короткий жесткий ежик. Пальцы касались стриженой головы, а на глаза набегали горькие слезы.

– Господин велел остричь, – нисколько не смущаясь моей истерики, поведала Молли. – Решил оставить для нового тела, я уже видела его, такое роскошное, я даже завидую немного.

– Гады! – прошипела я, резко сев в постели. Меня сразу же замутило, желудок свело спазмом, перед глазами побежали темные круги. Перевела взгляд на единственное в комнате окно, прикрытое портьерой, за которым ярко светило солнце.

– Полтора дня, – услужливо сообщила служанка.

С трудом встав на ноги, я обнаружила, что практически обнажена, только тонкая хлопковая рубашка едва прикрывает колени.

– Уф, намучилась же я с твоим корсетом, пока развязывала шнуровку, – сообщила Молли. – Скоро у тебя будет новое совершенное тело с такой тонкой талией, что не нужно надевать никаких дурацких приспособлений.