Смертельный способ выйти замуж

Ее светлость Мадлен Эдит де Ривс восседала в кресле, на ней было платье из багрового бархата. Интересно, ей не жарко в такой плотной ткани? Возможно, роскошный наряд был выбран, чтобы подчеркнуть свое положение, дабы я почувствовала себя еще более ущербной перед блеском драгоценностей герцогини, которыми она щедро увешалась.

– Доброе утро. – Я все же сделала книксен перед свекровью, за что получила еле заметный снисходительный кивок.

– Садись, дитя мое, – указала она на софу, стоявшую напротив.

– Хочу познакомить тебя с учителем.

Филберт будет заниматься с тобой, чтобы мне не пришлось краснеть за свою невестку на званых обедах. У этого месье великолепные рекомендации. После уроков, которые он давал дочке барона Розена, та в первый же свой сезон получила три предложения руки и сердца, хотя была страшна как черт и тупа словно пробка от бутылки игристого вина. Он мастер делать из мм… посредственностей конфетки.

Я насупилась, вот уж только гувернера мне не хватало, наверное, старый зануда, любящий читать нравоучения, духовный брат няни Селины.

Но как же я ошибалась в своих преждевременных суждениях!

Месье Филберт прибыл к обеду. Все горничные сбежались взглянуть на моего учителя. Высокий и невероятно красивый, он легкой походкой вошел в гостиную, его рыжие длинные волосы мягкими волнами спадали на плечи и сияли в свете полуденного солнца, напоминая расплавленное золото. Тонкие черты лица, огромные зеленые глаза придавали ему сходство с девушкой. Его голубой камзол с серебряной оторочкой сидел как влитой на стройной фигуре, а на ногах были надеты белые сапоги из тонкой кожи.

Мелодичный голос молодого человека зачаровывал, заставляя слушать его, раскрыв рот.

– Ваша светлость, можно я постою в сторонке, мне тоже не помешает послушать кое-какие правила этикета, – с придыханием попросила Грейс, не сводя глаз с месье Филберта.

– О нет, – опередил меня месье Филберт, – вам придется покинуть нас, светский этикет – это тонкая наука, ее лучше постигать в тишине с максимальной степенью сосредоточенности, – проворковал месье учитель и выпроводил служанку прочь из комнаты.

Я честно старалась вникать во все тонкости и правила, которые он мне рассказывал – все-таки дело полезное, вдруг пригодится на будущее, – чем заслужила скромную похвалу.

Месье Филберт, как и я, ужинал в своей комнате, его поселили недалеко от меня, в гостевом крыле. Кроме нас двоих, здесь больше никого не было.