Смертельный звонок [cборник]

…Бодрая девица в очках с профессиональной озабоченностью на лице рапортовала, с негодованием глядя в камеру и сопровождая речь экспрессивными жестами:

— Восьмого июня двадцать третьего года покой летнего дня в подмосковном поселке городского типа был нарушен сильным взрывом. Мирные жители, сбежавшиеся на шум, с ужасом смотрели вверх…

Плавающая камера, бесхитростно имитируя работу «в поле», дернулась к небесам, туда, где из выбитого окна на последнем, пятом этаже вырывался серый дым. Там же, на балконе, металась женщина, хватая руками то воздух, то лицо — точнее, кровавое месиво на его месте.

— Это надо было бы как-то замыть, забрюлить, — ежась, заметила Мария, — жуть какая. Оградка-то хлипкая, вот сейчас упадет.

Приближаясь, завывала сирена пожарной машины. Кто-то крикнул за кадром: «Смотрите, на крыше!», камера поспешно дернулась в указанном направлении. В самом деле, по ней мчался человек. Добежав по задымленной секции, перелез через ограждение по периметру крыши, сиганул прямо на хлипкий козырек, проломив его, очутился точно на балконе.

Камера наконец стыдливо отъехала, снова нацелилась на ведущую. Та продолжала:

— Женщину, которая взывала о помощи, истекая кровью на балконе, знали все — это Нина Романова, молодая мама, местная жительница. Кричала она не только от физической боли: на полу кухни бился в агонии ее муж, простой рабочий на местном производстве…

И помедлив, чтобы дать зрителю время ужаснуться, журналистка продолжала с сердечным сокрушением:

— Как видите, неизвестные преступники посягнули не на олигархов, не на авторитетов.

После драматичной паузы она весьма внушительно повторила:

— Коих множество в России!

— …Драматизм присутствует, — похвалила жена, — прямо «Шестьсот секунд», под ударом все-все, никто не может ощущать себя в безопасности в «этой-то» стране. К тому ж множество жертв и ни одного убийцы, ибо кругом коррупция.

— Так, Гуров! Лучше сразу скажи: жертвы ужасных, но неизвестных злодеев — точно не денежные мешки, олигархи, авторитеты, что-то там не поделившие? Признайся, не разводи мыльные оперы. Нет ничего глупее историй про нищих, которые на самом деле калифы.

— Нет, нет, — успокоил Гуров, — и даже не уголовные авторитеты или, там, коррумпированный элемент, а мирные обыватели, муж с женой, коренные обитатели Мокши.

— Что ж, пока ясно, что ничего не ясно.

— Вот-вот.