Смертельный звонок [cборник]

С Митей не сложилось, а когда он пропал, мне так худо стало. Думаю, ну вот что мы все боялись, что люди скажут, если бы тогда по молодости решились пожениться, то сейчас все по-другому было бы.

На глазах у Виктории выступили слезы, она вытерла их культей:

— Простите, простите, я же вас совсем не для этого позвала, а потому что… ну, не хорошо, я боюсь, очень боюсь, что и со мной что-то случится. Но в память о Мите, я… не могу не рассказать. — И тут же сама испугалась своих слов. — В память, ох, будто про покойника говорю.

Зря, зря я рот свой открыла.

Лев Гуров понял, что женщина очень взволнована и никак не может собраться с мыслями. Он мягко усадил ее на стул, набрал из ведра воды в железный облупленный ковшик и дал попить. Сам между делом посочувствовал:

— Тяжело вам с колонки носить воду, ведь сколько усилий приходится приложить, чтобы просто обед сварить.

Виктория всплеснула тоненькой ручкой:

— Это ведь все из-за этого произошло, из-за воды!

Гуров весь превратился вслух, а женщина, наконец справившись с волнением, начала говорить:

— Митя же фотографировать любил, пропадал в лесу каждый день.

Птичек, растения, иногда даже животных снимал. Упорный он, заляжет на несколько часов в укрытии, и такие фото получаются потом интересные. Прошлой весной, когда у нас воду совсем перекрыли, а потом электричество тоже стало с перебоями, он ко мне пришел. Сказал, что знает, почему мы остались без света и воды. По соседству ведутся какие-то работы, причем, как Митя в интернете узнал, с нарушениями, природе вред наносят. Вот он ко мне и обратился, что надо коллективную жалобу писать, чтобы я собрание провела. Но я ему тогда сказала, что не надо лезть. Если стройка идет, то значит, снова элитные дома поставят, а таких, как нас, если будем жалобы писать, вообще сожгут в наших домишках. Мы тогда поругались с ним, Митя сказал, что один все сделает и что у него есть доказательства нарушений. А я его не послушала, еще и про пожар накликала беду. Потом Митя пропал совсем — ушел, как обычно, в лес и не вернулся, сегодня дом его сожгли. Поэтому нельзя мне больше молчать, не знаю, может, я глупая, придумала себе все. Боюсь ужасно, даже и не знаю, как ночевать буду здесь одна. Поэтому вас позвала, может, хоть вы разберетесь, что тут у нас в «Солнечном» творится.

Гуров молча выслушал женщину и предложил:

— У вас ведь есть жилье в городе?

Виктория кивнула. Тогда опер решил, что надо позаботиться о новой свидетельнице.