Смертельный звонок [cборник]

И тут же, словно по волшебству, на дороге засветилась пыльная вывеска «АЗС», под которой такими же грязными окнами отсвечивала маленькая будка в окружении колонок с бензином. Гуров огляделся по сторонам — преследователей не видно, они еще не отошли от шока и не доложили даже, может быть, своему разъяренному шефу, что захваченный опер все-таки сбежал от них. Он сделал несколько шагов на дорогу под свет фонарей и еще раз проверил обстановку. Вокруг была лишь глубокая ночь, большие грузовики застыли на отдых на парковке неподалеку, а на трассе не было ни одного желающего приобрести порцию бензина.

Гуров торопливо прошел по территории заправки и толкнул дверь. От звона колокольчика над створкой за прилавком подскочила сонная девушка:

— Здравствуйте, какой номер, сколько литров? — Но тут же осеклась, рассмотрев странный вид посетителя. К прилавку приближался высокий мужчина с залитым кровью лицом, он сильно хромал, а в руке был зажат пистолет. Рука девушки скользнула вниз, туда, где под прилавком была установлена тревожная кнопка.

Взъерошенный и бледный незнакомец не выглядел, как тот, кто просто хочет заправить бак своей машины. Но он цепким взглядом поймал ее движением и покачал головой.

— Подожди, не надо вызывать полицию. — Гуров понимал, что действовать привычными законными методами сейчас невозможно. Поэтому хоть ему не хотелось этого делать, но все же пришлось напугать бедную работницу заправки.

Он постарался очень спокойно произнести:

— Я ничего тебе не сделаю.

Не бойся. Бутылка воды и твой телефон на две минуты. Я не причиню вреда, прости, что пугаю тебя, но у меня нет выбора.

Девушка дрожащей рукой положила телефон перед собой, Лев подхватил аппарат, вбил номер Крячко и написал коротенькое сообщение. Даже если кто-то увидит послание, то не сможет понять его смысла. После того как экран засветился коротким ответом от Стаса: «Принято», опер подвинул телефон обратно девушке. Но та от ужаса вдруг разрыдалась:

— Простите, не надо меня убивать.

Не надо, умоляю. У меня нет другого телефона, и денег в кассе всего пятьсот рублей. Ничего нет, я на велосипеде даже на работу езжу. У меня ребенок, я… не убивайте…

Гурова обожгло страшным стыдом, он спрятал пистолет в карман и попросил:

— Я возьму ненадолго твой велосипед. И воду я потом оплачу. Клянусь, прости, прости, я не хотел тебя пугать, уж тем более убивать. Я все верну и компенсирую тебе. Прости, прости, я нормальный, хороший, просто такая работа.