Смертельный звонок [cборник]

Я в бухгалтерии потом спрашивал, когда они винишка пригубили за праздник, что там, премию еще не дали-то Шанурину за перевыполнение плана продаж? Не каждый месяц у нас заказы миллионные прут, а они давай хохотать. Что сдулся Шанурин, скоро за ворота отправят. Совсем продавать перестал, все время в цех только таскается, скоро, говорят, тебя подсидит. Удумали, зубоскалки. Я вообще-то дядька троюродный шурину директора нашего, что на пенсию ушел. На фабрике работаю поболее этого щегла, Шанурина.

Лев кивнул, чтобы приободрить вдохновленного свидетеля, и уточнил:

— Не помните, а кому перечисляли деньги? Ну, то есть счет должен был ведь поступать от вашего предприятия, значит, Шанурин обманывал вашего директора.

Но куда уходили деньги тогда?

Тут хитрый водитель задумался и почесал в голове:

— Этого не помню, выпивши был по случаю женского дня.

— То есть вы узнали в марте о том, что Шанурин проводит какие-то аферы со счетами для фабрики?

— Вот именно, и сколько он украл этих денег? — возмутился водитель и погрозил кулаком в пустоту.

— А с директором об этом говорили? Получается, что ведь вы узнали об этом почти полгода назад. — Гуров спросил собеседника, но ответ уже знал заранее.

Как он и ожидал, водитель смутился, замолк, но тут же пробубнил:

— Да я это, хотел по-человечески договориться с Шануриным. Понимаю, парень молодой, зачем ему разборки с директором. А он то на работу не ходит, то в цехе торчит. Да я вот с поясницей свалился на месяц.

А потом вообще все, был человек — и нет человека. Вышел с больничного, а мне говорят, что похоронили его. — Водитель пытливо заглянул в глаза Гурову. — Ну, так что, товарищ, бесплатные разговоры только в собесе, а тут у нас бизнес малый. За услуги деньги берем.

Лев засунул руку в карман жилетки, но вспомнил, что ни денег, ни даже кошелька у него с собой нет. Все вещи остались у приспешников Горца на складе, где его пытали. Он пожал плечами, но, не желая настраивать свидетеля против себя, предложил:

— Под протокол запишем ваши показания и тогда рассчитаемся.

Хотя водитель и постарался сдержаться, все-таки опер слышал тихое ворчание ему в спину: «Ну что за люди, к ним со всей душой, помогаешь, рассказываешь, а они обманывают. Тьфу, полиция, называется, тоже мне».

Даже несмотря на неприятное ощущение после общения с водителем, Гуров был ему все же благодарен, наконец вылез еще один кончик нити из этого запутанного клубка.