Смертельный ход

На берегу Атлантики он получил и свое нынешнее назначение, которое сразу пришлось ему не во вкусу, от которого он еще тогда пытался отказаться, и частенько вспоминал об этом в такие моменты, как сейчас.

Питер Маккарти мертв. Убит, если верить данным вскрытия. И негативы… Они подтверждают возникшее в последнее время подозрение о том, что не все благополучно в Брюстер-Форуме. А Соединенные Штаты придают Брюстер-Форуму большое значение. Очень большое.

Он мысленно еще раз просмотрел фотографии, а затем, резко развернувшись от тьмы и звезд за окном, нажал кнопку на металлической панели, установленной на письменном столе там, где обычно бывает верхний ящик.

– Да? – раздался голос в интеркоме.

– Пусть в отделе программирования подготовят сравнительный анализ информации, сопровождающей каждую фотографию. Это работа для компьютера. Я не хочу, чтобы кто-то ими развлекался. Результаты не должен видеть никто, кроме меня.

– Да, сэр.

– Могу добавить: если услышу о том, что фотографии используются для забавы, то покатятся головы.

Ваша в частности.

– Да, сэр.

Через четырнадцать минут и тридцать секунд по щелчку секундомера-хронографа фотографии были доставлены. В пронумерованных конвертах вместе с результатами сравнительного анализа.

– Идите, – сказал человек с кислым лицом, сверяя цифры на конверте с фотографией пухлого человека средних лет в черной накидке, деловито онанирующего перед темноволосой женщиной с безумными глазами, вся одежда которой состояла из черных сетчатых чулок и высоких сапог.

Он бросил взгляд на заключение аналитиков.

– Так я и знал! Проклятый педераст. Вот черт!

Он снова запечатал конверт, предварительно положив туда текст и фото.

Погиб оперативный сотрудник. Неприятности в Брюстер-Форуме. Фото гомосексуалиста.

Да или нет, подумал он. Римо Уильямс. Дестроер. Да или нет? Решение нужно принимать самому, самому же придется в случае чего и отвечать.

В памяти снова возник Питер Маккарти, последние восемь лет работавший на организацию, о существовании которой он и не подозревал.

Теперь он мертв, и его семья обречена нести бремя позора и стыда за человека, умершего от передозировки наркотиков. Сограждане Маккарти никогда не узнают, что он был убит при исполнении служебных обязанностей. Да никого это и не волнует. Можно ли допускать, чтобы люди погибали так бесславно?

Снова к столу. Опять нажата та же кнопка.

– Да, сэр. Несколько рановато для звонка, а?

– А для меня – поздно. Сообщите рыбнику, что нам нужно еще абалона.