Смерти вопреки

Все это жутко нервирует, натягивая нервы до предела.

Вернувшись в лагерь, отдал документы, а сам пошел отсыпаться. Честно сказать, в городе мне паршиво спалось. Сказывалось постоянное напряжение.

«Похоже, отвык ты, парень, от постоянной опасности», – был я вынужден признаться сам себе.

Спустя несколько дней Наташа рассказала мне по большому секрету, что к нам летят люди из Москвы. Командованию отряда велено найти и обозначить место высадки в кратчайшие сроки, а еще спустя два дня наши разведчики привели в лагерь троих человек.

Еще вечером, до прибытия, им выделили комнату в бараке, который у нас считался госпиталем. Люди рассчитывали на новости, хотели узнать из первых рук, что происходит на фронтах, как живет страна, а вместо этого всему составу было строго приказано: в разговоры с новыми людьми не вступать и держаться от госпиталя подальше. Ели они вместе со всеми, но этим общение и ограничивалось.

Вызов в штаб рано утром меня не удивил. Ведь москвичи были сброшены сюда ради немецкого офицера, с которым только я общался.

В штабе сидели командир отряда, Стукашенко и три «чекиста», прибывших из Москвы. Так я их, для себя, решил пока именовать.

– Садись, Звягинцев, – сказал мне командир отряда, когда я представился. – У товарищей… есть к тебе ряд вопросов.

– Костя, – обратился ко мне один из них, мужчина с цепким и внимательным взглядом, – опиши нам этого немца, и как можно подробнее. Может, есть особые приметы…

Их интересовало всё. Жесты, детали его поведения, мимика, как он ставит фразы.

Вопросы сыпались из чекистов, как из рога изобилия, пока я не стал повторяться. Когда они это поняли, разговор подошел к концу.

– Место встречи тебе подпольщики дали?

– Немец, ты говоришь, напрочь отказался работать с подпольщиками? Так?

Старший группы какое-то время думал, потом изложил нам свой план:

– С подпольем на контакт мы не пойдем, а связь с ними через тебя будем держать. На первую встречу с немцем пойдешь тоже ты, ну а мы тем временем понаблюдаем за немцем со стороны.

Если все пройдет хорошо, подпольщики проверят место встречи и на этом, Звягинцев, твоя работа будет закончена. Все остальные подробности мы обговорим с тобой, когда будем в городе. На этом все.

Сразу по прибытии в город я занялся подготовкой встречи. Все шло как и было намечено, а единственной неожиданностью для меня стали немецкие мундиры и отличный немецкий язык чекистов. Холодная надменность лица старшего группы даже на меня произвела впечатление. Истинный ариец.