Смерти вопреки

Это всё, сержант. Через час вас сменят. Я пошел.

Я воспользовался тем, что американцы расслабились. Кому как не мне знать подобное состояние, когда ты оказываешься среди своих друзей после трудного и опасного задания. Вот и сейчас эти парни, оказавшись в расположении своего воинского подразделения, не столько несли охрану пленных, сколько отдыхали, чем я и воспользовался.

Убивать американцев не стал, так как если побег окажется неудачным, то пленникам не жить, поэтому только оглушил, после чего, найдя ключ от наручников в кармане у сержанта, подошел к тентованному грузовику, кинул его в кузов и сказал:

– Снимайте наручники.

Когда вылезете из машины, то через ворота ангара бегите по прямой к забору. Там есть несколько сломанных досок. Времени у вас от силы сорок минут. И еще. Записи профессор спрятал в запаянной банке, рядом со своим домом, возле сливного отверстия. Не сегодня-завтра там будет ваш знакомый капитан. Время пошло.

Несколько секунд царило молчание, потом раздался глупый вопрос:

Так как я на него не ответил, раздались звуки, по которым можно было понять, что пленники ищут ключ.

Вскоре поиски завершились коротким восклицанием:

Посчитав свою задачу выполненной, к тому же не желая, чтобы они меня видели, я ушел в сварочную комнату. Вышел сразу после их ухода, после чего сковал наручниками оглушенных охранников и вставил им кляпы в рот, а затем, забрав из ангара Томми и бутылку виски, отправился в казарму. Старательно изображая пьяного, вместе с дежурным я сначала уложил Томми, потом выпив полстакана виски и оставив дежурному остальное, завалился спать.

Как я и думал, долго спать нам не дали. Вскоре нас всех подняли по тревоге и бросили на поиски беглецов. Расследовать это дело, как я и думал, никто не стал, уже потому что эта история касалась только специальных служб, проводивших эту операцию. К тому же немалую роль сыграло то, что охранники не были убиты, а отделались только головной болью. Я боялся только одного, что беглецов найдут, и тогда эта история, возможно, будет иметь продолжение. Пару дней у нас в роте шли разговоры об этом непонятном случае, а потом все забылось.

Хотя об атомном проекте я имел довольно поверхностные сведения, но понять, что произошло на самом деле, было несложно, слушая допрос пленных. Немецкий профессор, физик-атомщик, решил пересидеть плохие времена дома, при этом прихватив ученика, своего земляка. Не учел он только одного, что его имя известно в научном мире, а значит, рано или поздно его будут искать.