Смерти вопреки

У них без вас больше шансов будет!

– Пойду и, надеюсь, помехой не буду.

– Вы что не понимаете?! Из-за вашей мести могут погибнуть люди! Сорваться операция!

– Если вы этого не заметили, то сейчас скажу: я всегда знаю, что делаю. К тому же у меня нет привычки, принимать необдуманные решения.

Махрицкий некоторое время молчал, пристально глядя на меня, потом сказал:

– Надеюсь, что все так и есть.

– В полдень, у меня, общий сбор. Идите!

Спустя четыре часа я явился в избу, где квартировал командир охотников.

Меня несколько удивило одно обстоятельство, что молодых добровольцев в ней было всего трое. Остальные пятеро были люди среднего возраста, в возрасте до сорока лет.

– Знакомьтесь, – и Махрицкий указал на меня. – Богуславский, Сергей Александрович. Поручик-артиллерист. Воевал. Получил тяжелое ранение головы, после чего был отправлен в отставку. Владеет приемами японской борьбы, отлично стреляет из личного оружия. Вопросы есть?

– У меня есть, ваше высокоблагородие! Можно? – со своего места поднялся коренастый, плотно сбитый солдат.

– Извините, господин, не знаю, как к вам обращаться? – обратился ко мне солдат.

– Сергей. Иду в группе не как офицер, а как рядовой. Вы это хотели спросить?

– И это тоже. Но мой главный вопрос в другом. Рука у вас не дрогнет, когда придется один на один германца убивать?

– Мне уже приходилось убивать.

– Сразу прошу извинить меня, господин Богуславский, за мой вопрос, – теперь уже подал голос прапорщик.

 – Наталья Богуславская ваша родственница или жена?

– Разрешите представиться. Пашутин Михаил Антонович.

Плотно сбитая фигура, массивные кулаки, короткая прическа, твердо очерченный подбородок, сердито-сосредоточенный взгляд. Он мне чем-то напомнил настороженного бульдога в человеческом образе. Правда, это было мое внутреннее впечатление, потому что его большие голубые глаза, правильные черты лица и губы, которые, казались, вот-вот расползутся в улыбке, придавали ему вид приятного человека, но даже при этом знаток немецких диалектов никак не походил на рыхлого кабинетного профессора.

Наоборот. Плотного сложения фигура прапорщика с широко развернутыми плечами больше подходила борцу классического стиля.

– Рад знакомству, Михаил Антонович.

– Так! – Махрицкий громко хлопнул ладонью по столу, призывая к вниманию.