Смертник из рода Валевских #09

Он приказал мне ждать, чтобы последователи Скрона открыли свои истинные намеренья. Чтобы они проявили свою истинную сущность. Или совершенно неуважаемому графу Вяземскому неизвестно, что Кострищ отныне является оплотом Света и рядом с моим троном сидит Инквизитор?

— Как и Дознаватель! — послышался чей-то возглас из толпы.

— Как и Дознаватель, — легко согласился я с очевидными вещами. — Его задача — дать знать тёмным, что Кострищ отныне неприкосновенен. Дела светлых империй его не интересуют. Ими занимается тот, кто имеет на это право.

Поэтому мне приходится игнорировать свои желания и эмоции, дабы выполнить приказ. Я не проявляю агрессию, граф Вяземский. Не устраиваю драк. Я просто стою в стороне и смотрю на представление факиров. У тебя ко мне ещё остались какие-то вопросы?

Держать лицо граф Вяземский умел. Не сказав ни слова, он развернулся и широким шагом отправился восвояси, умудряясь при этом держать рядом с собой сына. Чтобы тот не натворил непоправимых дел. Народ начал шушукаться, круг отчуждения возле меня стал ещё больше, но меня это не заботило.

Я повернулся спиной к толпе и жестом пригласил факиров продолжать своё прерванное представление.

— Смотрю, друзей ты заводить умеешь отлично, — в ушах послышался голос Кималя Саренто. Мой ученик стоял рядом и общался со мной через мифриловую броню.

— То есть мне нужно было устроить драку, убить графа Вяземского, попасть в немилость всей империи? — уточнил я. — Кстати, почему он всё ещё жив? Разве вы не собирались уничтожить его на турнире?

— Я его здесь не видел.

— Старика здесь нет. Он не любитель таких мероприятий. Видимо, сидит дома и…

— Эрцгерцог Валевский, уделишь старому знакомому несколько минут? Или меня тоже будешь пугать страшными сказками про Инквизитора?

— Всегда приятно поговорить с умным и образованным человеком, — я приветственно кивнул и посторонился, приглашая верховного епископа присоединиться ко мне, чтобы наблюдать за огненным представлением. Факиры вновь приступили к поразительному контролю огня, стараясь пуще прежнего.

Отец Ург несколько мгновений поколебался, но присоединился и какое-то время мы молча стояли, наблюдая за представлением. При этом зона отчуждения вокруг нас оказалась больше, чем во время перепалки с графом Вяземским.

— Мне хотелось бы поговорить с тобой в более спокойной обстановке, — произнёс, наконец, верховный епископ. — Насколько мне известно, ты собирался сегодня ночью в Крепость.