Смертный приговор

Каспарек взял карточку левой рукой, без интереса посмотрел на нее и вернул Сабине.

– Я разговариваю с вами только потому, что ради этого мне разрешили покинуть комнату.

Сабина огляделась.

– Действительно, здесь красиво.

– Мне здесь нравится, – ответил он, но у Сабины не возникло ощущения, что он наслаждается этой прогулкой к морю.

– Я знаю, что вы этого не делали, – сказала Сабина.

– Откуда? – Голос Каспарека был монотонным и тихим. Он немного гнусавил и педантично выделял ударение в каждом слове, словно придавал особое значение правильному произношению.

– Следователи, которые хотели быстро закрыть дело, добились от вас признания под давлением и без ордера на обыск перерыли вашу комнату, – перечислила она причины, которые Мартен Снейдер сообщил им в академии.

То, что президент Хесс лично руководил расследованием, она не упомянула.

– Кто-то досконально изучил вашу историю, убил женщину и хотел возложить вину на вас.

Каспарека это не впечатлило. На нем были кроссовки, голубые спортивные штаны и темно-синяя ветровка с капюшоном, которая трепетала на ветру.

– Чего вы от меня хотите?

– Я хочу поймать настоящего убийцу.

– У вас не получится, – монотонно ответил он. За исключением странного застывшего взгляда, у него не было никакой мимики, и Сабина могла только гадать, что происходит в его голове.

– Почему вы так считаете? – спросила она, но Каспарек не ответил. – Какие отношения у вас были с Катариной?

– Отношения? Никаких. Я один.

Сабина чуть было не рассмеялась.

– Я имею в виду, как вы познакомились с Катариной?

– Она работала официанткой в ресторане при клинике.

– Вы знали, что она племянница австрийского дипломата?

– Меня это не интересует.

– Вы часто с ней разговаривали?

– Я нет, но она постоянно контактировала со мной.

Сабина навострила уши.

– Правда? Как? И о чем она говорила?

– Она писала мне письма и звонила по ночам. Она искажала голос, но я знал, что это она."

"– Можно взглянуть на письма?

– Все сожжены.

Тем временем они оказались уже одни на волнорезе. С обеих сторон деревянного причала плескалась вода, будоражимая ветром. Сабина обернулась к надзирателю, который шел метрах в пяти за ними.

– Речь шла о вашей матери?

Впервые Каспарек взглянул на нее.