Смертный приговор

Сообщник Ауэрсберг выстрелил в Эрика в тот самый момент, когда он говорил вам на автоответчик. Видимо, сообщник Ауэрсберг услышал последнее предложение. «Взаимосвязи просто невероятные. Я теперь знаю, кто отец ребенка». Поэтому он тут же поддержал вашу идею заменить служебные телефоны и сим-карты.

– Вы говорите о Дитрихе Хессе? – спросил Снейдер.

– Нет, о Вессели.

Снейдер замолчал. Наконец она услышала, как он со стоном поднялся.

– После меня хоть потоп, – пробормотал он, спуская воду в туалете.

В следующий момент он отпер кабину, распахнул дверь и, пошатываясь, вышел наружу.

– Извините, что вам приходится видеть меня таким.

Не глядя на нее, Снейдер прошел мимо. У него было мертвенно-белое лицо. На лбу блестел пот, глаза остекленели, а в каждой ладони торчало по пять акупунктурных игл, с помощью которых он пытался избавиться от боли.

– Бессели… – пробормотал он и направился к рукомойнику.

Одну за другой он вытащил из кожи иглы и положил их на полочку. Затем наполнил рукомойник холодной водой, наклонился и опустил лицо в воду на тридцать секунд.

Потом прополоскал рот.

– Бессели… – снова пробормотал он. – Я искал этот ответ две недели. Он выстрелил в Эрика, перевернул мой офис и затем инсценировал то же самое в своем.

– Вы тоже считаете, что это был он? – спросила Сабина.

– Как вы догадались?

– Когда Ауэрсберг арестовали, она сказала, что без гениального метода Бессели у меня ничего бы не вышло.

Снейдер кивнул:"

"– Я тоже обратил внимание… Она много лет утверждала, что презирает Бессели, а тут вдруг такое восхищение.

 – В следующий момент он уставился куда-то вдаль. – Жена Бессели страдала маниакально-депрессивным психозом. Если бы он расстался с ней, она тут же оказалась бы в психушке. Возможно, Ауэрсберг много лет была его любовницей, а он биологическим отцом ее дочери, – бормотал Снейдер, словно разговаривал сам с собой. – Но мы должны быть абсолютно уверены. Попытайтесь встать на его место, – велел он Сабине. – Что происходит у него в голове?

– Бессели точно знал, как и где можно спровоцировать маньяков, – сказала Сабина.

 – Вместе с Ауэрсберг он перешел на другую сторону. Они работали уже не как профайлер и судья, а манипулировали серийными убийцами, чтобы заставить почувствовать этих беспечных легковерных людей, которые провалились как присяжные, на что способны настоящие монстры, и тем самым справиться с собственной болью.

– Все гении немного сумасшедшие. – Снейдер сорвал с шеи бабочку и сунул ее в карман смокинга.