Драгунцев берёт меня за руку и ведёт внутрь, подбадривает, чуть сжимая пальцы.
В зале ресторана людей не меньше трёх десятков. Мужчины в костюмах, женщины в красивых платьях. Негромкая музыка, приглушённые разговоры, лёгкий смех. Мы подходим к красивой паре, в которой я узнаю родителей Сергея. Он очень на них похож. Рыжие волосы, как у матери и яркие голубые глаза, как у отца. Красивые люди в красивых одеждах. Что они скажут, когда увидят, что их сын привёл меня? Маленького роста, со шрамом на лбу и слегка прихрамывающую при долгой или быстрой ходьбе.
Но то ли воспитание им не позволяет проявить, то ли я и правда каким-то чудом им понравилась, потому что когда Сергей меня им представляет, они улыбаются, мило разговаривают. Но особо разговориться не получается, потому что к ним подходят с поздравлениями другие гости, а меня Сергей увлекает в сторону.
Предлагает шампанское, знакомит с дядей и ещё каким-то родственником. Я улыбаюсь, отвечаю на дежурные вопросы о том, где учусь и какие планы на жизнь.
— Обещаю, — шепчет Сергей, уводя меня от очередного родственника. — Этот вечер будет не таким скучным, как ты думаешь. Пойдём, познакомлю тебя с друзьями.
Замечаю в конце зала небольшую компанию молодых людей. Одеты они так же, как и взрослые, но смех их чуть громче.
Вот настоящий круг Драгунцева. Наверное, его родители и другие родственники в недоумении, что же рядом с ним забыла такая как я.
Сергей знакомит меня с двумя девушками и парнем.
— Серый столько о тебе рассказывал! — воскликает молоденькая блондинка, которую Серёжа представил как свою двоюродную сестру.
— Рада познакомиться!
— А вот и ещё один мой приятель, — Драгунский оборачивается к подошедшему сбоку парню, пока я любезничаю с его сестрой. — Сын давнего папиного друга и партнёра — Егор Вертинский.
Так не бывает. Не должно быть. Что это, если не насмешка судьбы?
— Егор, познакомься: Юля — моя девушка.
Я оборачиваюсь и застываю, парализованная тёмной бездной таких знакомых глаз.
— Очень приятно, — получаю сдержанный ответ.
Я призываю на помощь всю свою силу воли, чтобы не вцепиться ему в воротник и не задать ту тысячу вопросов, что мучила меня больше двух лет.
— Красивое платье, Юля, — голос ровный, но я умею различать, когда он едва заметно звенит сталью от напряжения. — Оно тебе невероятно идёт.
15
— Спасибо, — выдавливаю под взглядами остальных.
Ноги словно к полу приросли, а взгляд — к нему. Вертинский тоже смотрит в упор. Узнал платье, поэтому и кинул намёк.
