— Так ты переживаешь, что я не выдержу сравнения с идеальным первым? — а вот теперь точно злится."
"Драгунцев прищуривается, выражение лица становится жёстким, что мне даже как-то тревожно.
— Господи, — всплёскиваю руками, — конечно нет, Сергей! Просто… Просто не дави на меня. Я этого не выношу, понимаешь? Я трудно принимаю решения.
— Я и не давлю.
— Серьёзно? — теперь уже начинаю злиться я. — Это предложение на юбилее твоего отца, разве не давление? Ты уже задавал вопрос, дал мне время. А потом вот так всё вывернул!
— Я хотел, чтобы было романтично.
— Ты поставил меня в неудобное положение!
— То есть ты не хочешь?
— Я не люблю, когда на меня давят, чувствую себя загнанной в угол, понимаешь? Будто меня вынуждают принимать решения. Серёж, я не собиралась говорить нет, просто я не люблю вот так напоказ.
Он стискивает челюсти и отворачивается. Вижу, как сжимает и разжимает кулаки. Злится. Разговор трудный, но он должен понимать мою позицию и принимать её, если мы собираемся связать наши жизни.
Ему требуется несколько секунд, и Драгунцев снова поворачивается, полностью владея собой.
— Юль, — делает шаг ко мне, — прости. Счастье любит тишину — я совсем забыл об этом. Хотел сделать красивый поступок, а вышло то, что вышло. Давай не будем торопиться с датой, определимся позже, хорошо?
Он обнимает меня за плечо и прижимает к себе. А у меня внутри ещё не утихло, я пылаю и совсем не хочу, чтобы меня трогали.
— Роза на завтра решила организовать вечеринку в честь нашей помолвки.
Пригласила всех наших, с кем ты уже познакомилась, и ещё парочку друзей. Но можно просто преобразовать в тусовку без повода. Что скажешь?
Ещё одно испытание с участием «всех наших».
— Ничего менять не надо. Пусть всё будет как есть. А с датой да, спешить не будем, — иду на компромисс.
— Давай уже чай пить, — улыбается Сергей и целует меня в лоб. — Тогда половина торта моя.
Мы пьём чай, но разговор как-то не клеится. И торта совсем не хочется. А хочется остаться одной.
Лечь в постель, подтянуть коленки и, наконец, выдохнуть в конце этого странного и такого напряжённого дня.
Так я и поступаю, как только за Сергеем закрывается дверь. Выпиваю две таблетки обезболивающего и залезаю под тёплое одеяло. На улице почти лето, а у меня под одеялом зубы стучат.
Вот так и проваливаюсь в сон, в котором тело горит и плавится от желания, изнемогая под ласками мужских рук. Я знаю эти руки, и они не принадлежат Сергею.
