Смотри, но не трогай (СИ)

— Доигрался, гаденыш! — орет, напрягая жилы. — Чуть до могилы девочку не довел!

— Это не я, — отвечаю тихо.

Внутри меня больше нет ни злобы, ни возмущения, ни даже вполне закономерной обиды за несправедливые обвинения. Ничего не бурлит и не клокочет. Гробовое безмолвие. Эмоции перегорели, превратившись в пепел.

Я опустошен. Выпотрошен до предела.

— Лера нам все рассказала про твои отвратительные выходки, — на миг отец прикрывает веки и осуждающе качает головой. — Господи… Почему мы с твоей матерью не замечали, что растим настоящего монстра?

Мы пересекаемся взглядами, и я замечаю, что гнев в его глазах потух.

Он жалеет, что дал мне жизнь. Жалеет, что я его сын.

— Не повезло тебе, пап, — усмехаюсь горько. — Сочувствую.

— Дождешься от тебя сочувствия, — не распознав моей иронии, он морщится и трет переносицу. — Значит так, пока Лера восстанавливает здоровье, в доме не появляйся. Где-то через месяц она уедет. Надеюсь, эта ситуация хоть чему-то тебя научит, и ты наконец повзрослеешь.

— Куда уедет?

— А это уже не твое дело, Тимур, — припечатывает с пренебрежением. — Все, иди отсюда. Нечего тебе здесь ошиваться. Достаточно уже натворил.

С этими словами отец разворачивается и устремляется по направлению к палате Грановской.

Несколько секунд смотрю ему вслед, а затем тоже трогаюсь с места. Понурив голову, бреду по пустому коридору больницы, миную несколько лестничных пролетов и выхожу на улицу.

Интересно, что же случилось с Лерой на самом деле? Кто закрыл ее в комнате? И главное — зачем?

Медленно перебираю в сознании детали минувшей ночи, и паззлы событий постепенно складываются в единую картинку.

Веро. Она весь вечер вела себя странно. Толкала какие-то заумные речи про отношения, потом заявила, что Лера уже ушла, хотя это было не так… Если бы я проявил чуть больше внимания, то сразу бы увидел, что поведение Ланской насквозь пропитано фальшью.

Разумеется, она не знала о проблемах Леры со здоровьем. Просто хотела «подшутить». Но это все равно ее не оправдывает!

Я жутко зол на Ланскую. Но еще больше злюсь на себя. Ведь надо быть дебилом, чтобы не понять простую истину: Веро пошла на это из-за меня.