Смотри, но не трогай (СИ)

— Засранца зовут Тимур Алаев, — вздыхаю. — Ничего не напоминает?

— Алаев? — Диляра хмурится. — Так это же вроде фамилия нового мужа твоей мамы… О нет! — внезапное озарение заставляет ее подпрыгнуть на стуле. — Он что, и есть твой сводный брат?

— Представляешь? — мрачно киваю. — Наверное, такого эпик фейла история еще не видывала.

— Пипе-е-ец, — тянет пораженно. — Так вы с ним в итоге спали? Или нет?

— Сказала же, нет! — повторяю оскорбленно. — Только целовались!

— И как?

— Что как?

— Ну как он целуется?

— Боже! Диляра! Это единственное, что тебя в данной ситуации волнует?!

Злит, что подруга не проникается моей трагедией.

Ведь мне черт знает сколько времени предстоит жить в одном доме с человеком, который меня унизил! А ее только треклятые поцелуи заботят…

— Просто интересно… — оправдывается она, слегка пристыженная моим гневом.

— Фигово он целуется, — ядовито бросаю я, отпивая холодный чай. — На троечку.

Вообще-то это неправда, но уязвленное самолюбие требует отмщения. Понимаю, говорить гадости за глаза — так себе месть, но все же от этого мне самую малость становится легче.

— Да? — с сомнение выдает Диляра. — А с виду такой красавчик…

Нет, все-таки она меня раздражает. Может, нам не стоит так уж тесно общаться?

— При чем тут внешний вид?! — негодую я. — Это вообще ни на что не влияет!

— Ну прости-прости, — подруга наконец дает заднюю. — Я уже поняла, что ты этого Алаева на дух не переносишь.

— Вот именно! — продолжаю возмущенную тираду. — Он взбесил меня еще тогда, в клубе.

Потом я узнала, что нам предстоит жить под одной крышей. Ну а вишенкой на торте безумия стала новость о том, что он учится в этом ВУЗе! — легонько ударяю ладонью об столешницу. — Как мне все это вытерпеть, а, Диль?

— Просто не обращай на него внимания, — советует, помолчав. — Живи так, будто его не существует.

— Легко сказать. А на деле? — фыркаю я. — Сегодня, например, я случайно вломилась к нему в ванную.

— Он был голый? — шея подруги вновь вытягивается.

— Да, — признаюсь нехотя.

От одних только воспоминания об обнаженных ягодицах Алаева к лицу приливает предательский жар.

— Ого! — Диляра задыхается от переизбытка эмоций.

— Если ты сейчас спросишь «и как?», я тебя ударю, — предостерегаю на всякий случай.

Лицо девушки обиженно кривится, и я добавляю:

— Расслабься, Диль, он стоял спиной.

— Блин, вот это жаришка у вас! — она посмеивается. — Но мой совет все равно остается прежним: игнорь его. Безразличие — это лучшее оружие.