Затем она коснулась ладонью мокрых от слёз щёк и, будто удивившись, принялась вытирать лицо рукавами пальто. Подняла голову, всматриваясь в сизое небо. Её взгляд несколько раз скользнул прямо по кораблю, но, судя по тому, как она тут же уныло отвернулась, теперь, при заблокированных пси-способностях, она его, как и проходящие мимо земляне, больше не видела. Засунув руки в карманы, ссутулившись, девочка побрела домой, пиная опавшую листву.
— Получено раздробленное сообщение, — оповестил искин. — Попытка восстановить не увенчалась успехом.
— Транслируй, — приказал капитан.
В динамиках раздался шум, свист, а через помехи прорвался глухой голос:"
"«Пшш… ожидается усиление атмосферных и магнитных возмущений… кшш… всем кораблям… пшшыш… надлежит вернуться на базу… хрр-ссс… повторяю… всем кораблям…»
— Конец сообщения.
— Внимание, команда! Приготовиться к возвращению на базу! — огласил долгожданный приказ капитан.
А-рийцы облегчённо выдохнули: всё-таки эта планета у всех будто силы высасывает. Заражает осенней хандрой, заставляя чувствовать уныние.
Капитан потёр подбородок, на котором не появится борода ни к этой зиме, ни к следующей: у а-рийцев не растут волосы на лице.
«Но я всё равно самый настоящий Дед Мороз!» — с ребячливым озорством про себя хмыкнул он, ощущая какое-то удивительное чувство, что сегодня день был прожит не зря.
II. Смотри в оба, командир!
1
Прошло некоторое время.
Генерал звёздного флота оторвался от бумаг и посмотрел на изящную фигурку землянки, примостившуюся у него в кресле.
Девушка поймала его взгляд и задорно улыбнулась, озаряя искорками в глазах его уставшую душу нежностью и трепетным теплом.
Видят Создатели, он пытался запечатлеть в сознании образ той маленькой девочки, но разум отчего-то досконально запомнил её взрослую версию. Прошивка дрим-стика достаточно быстро определила этот образ, как самый расслабляющий для владельца, и девушка стала регулярно появляться, стоило ему надеть прибор.
Долгожданное возвращение на Рию обернулось для него огромным разочарованием: всё-таки некоторым мечтам следует оставаться мечтами: с его глаз будто упали шоры, и он увидел всю грязь и лицемерие а-рийского общества.
Неожиданно вспыхнувшая ненависть к представителям своего же вида вынудила его уехать в очередную дальнюю колонию, а из той — в другую, лишь бы больше не возвращаться на Рию.
Земля манила его, звала образами мягких девичьих форм, но он знал, что прошлого не изменишь. Та малышка давно уже выросла.
