Смотрящий по России

Джунгли оказались на левой стороне стола, на правой — Константин Игоревич собственной персоной. — Надо убрать одного человека.

— Кого? — так же по-деловому спросил Сосо.

Как-то уж очень незаметно из Получателя он переродился в самого обыкновенного мясника. Вопрос риторический, и задан он был потому, что так положено. Хотя больше всего Сосо интересовала не личность предполагаемого клиента, а сумма, в которую будет оценен его выстрел. Но в ремесле, которым он занимался, существовали свои принципы, и первый из них — не делать того, что может напортить ворам.

Валя находилась в приятном заблуждении относительно его нынешнего состояния. И всерьез считала, что ее сожитель бывший спецназовец, находящийся на заслуженном отдыхе.

— На сей раз клиент будет очень серьезным, — со значением сказал Тарантул. Сосо широко улыбнулся, что должно было означать, пуле все равно, чей череп она продырявит. И по-своему он был прав. — Ты слышал об Азате? Его контора находится в гостинице «Магаданская»?

Лоб Сосо собрался в мелкие складочки — он оценил серьезность ситуации.

— Приходилось, — сдержанно ответил он. — Так, значит он?

— Да.

— Почему именно я? Под это дело подошел бы Сержант.

Тарантул отрицательно покачал головой:

— Сейчас он далеко.

— Понимаю. Когда его нужно убрать?

— Чем раньше ты это сделаешь, тем лучше.

— К нему очень трудно подойти, он никого к себе не подпускает, — задумчиво протянул Сосо.

Тарантул пожал плечами:

— Детали меня не интересуют. Я плачу за исполнение.

— Сколько?"

"— Вот это уже конкретно, — одобрительно кивнул Тарантул. — Сто пятьдесят тысяч! Мне кажется, очень хорошая цена за один точный выстрел. Если ты его грохнешь на этой неделе, то твой гонорар увеличивается вдвое!

Сосо обладал богатым воображением. Мгновенно он представил волевое хищное лицо Азата. Выстрел нужно произвести в висок, так лучше.

— Хорошо, я согласен, — не заставил себя упрашивать Абашидзе.

Триста тысяч долларов вполне достойные деньги, чтобы по-настоящему оценить его мастерство.

Тарантул поднялся. К немалому своему удивлению, на лице Друщица Сосо заметил облегчение:

— Это тебе аванс, — положил он на стол конверт.