Смутьян

Глаза расширились от испуга и неожиданности. Что он собрался делать?

- Хорошо, - прошептал он меня на ухо. - Я не собака плешивая, которую ты постоянно можешь пинать. Я уже устал за тобой ходить. Я уйду. Но сначала…

Мужская руки внаглую стала задирать подол халата и сорочки, касаясь бёдер и ягодиц.

- Вадим, ты с ума сошел? - тихо спросила я, пытаясь убрать руки от себя.

Пальцы легли на бельё и отодвинули его в сторону, коснувшись кожи и вызвав невольную дрожь.

- Я щас…заору.

Пальцы ещё более настойчиво продолжили ласку.

- Ори, - говорил он мне в шею. - Прискочет Виталик и увидит, как тебе хорошо в моих руках. Ты бы видела своё лицо сейчас. Он тебя не простит.

Не простит. Он и так уже с ума сходит от ревности. Тогда мне придётся уехать домой. От одной мысли об этом затрясло.

- Отпусти, не надо этого делать, - прошептала я, ощущая горячие поцелуи шеи и его пальцы на себе.

- Ну кричи. Чего молчишь?

- Вадим, пожалуйста. Не надо, - снова вцепилась в его руки и просила уже другим тоном.

- Да не буду я тебя насиловать, я не маньяк.

Повернул мою голову и поцеловал, чтобы больше не дать мне шанса говорить. Пальцы подцепили резинку белья и спустили трусики вниз. Мужская рука заставила меня развести ноги и продолжила откровенные ласки.

Я не знала, что делать. Справиться с ним я не смогла бы. Звать на помощь - это приговор себе. Мозги к тому же затуманивались, и я поддавалась этим острым эмоциям. Как бы не старалась справиться с собой, но я не камень, и не могу ничего не испытывать, когда меня ласкают так.

- Какая ты горячая… Так быстро заводишься. Я это ещё на моих проводах заметил, - шептал он, обжигая дыханием и царапая щетиной кожу.

Резко вдохнула, когда поняла, что внутри меня оказались его пальцы. Голову снесло напрочь. Руки вцепились в столешницу буфета, губы хватали воздух рваным дыханием. Он больше не держал меня силой. Я уже ничего не соображала, меня захватило это острое удовольствие от толчков его пальцев внутри меня.

Мммм… Чёрт. Ненавижу себя. Ненавижу его…

- Обожаю твою грудь. Она такая нежная. Соски красивые, особенно когда ты возбуждена, - опять услышала его голос возле уха.

Хриплый, прерывистый. Он сам еле держался, но понимал, что я никогда не прощу его даже за это, не то, что за полноценный секс. Я не позволяла ему.