Сначала было весело

Сразу и не поймешь, чего в нем больше: вожделения или восхищения.

– Введите заслужившего награду.

Кривоногая фигура отделяется от тени и неспешной походкой профессионального бойца шествует к сидящей на кожаном кресле Старухе. На два шага позади, с автоматом на изготовку, идет Петр Евгеньевич.

«Боксер? – опешиваю я. – Точнее, Максим. Вот уж кого не ожидала встретить здесь. Где он столько времени пропадал?»

Нинка тоже узнала, встрепенулась и подалась вперед. Натянувшаяся цепь остановила порыв.

– Ты будешь вознагражден за добровольное сотрудничество.

– Спасибо, – нерешительно улыбается Максим. Обнаженное тело, умащенное маслом, светится в неоновом свете.

Меня обдает холодом. Неужели это он способствовал похищению?

– Можешь обладать мною, – скалится Старуха, демонстративно разведя колени. – Ну же, приступай!

– К чему? – пятится боксер.

– Возьми свою награду.

Призраки, извиваясь в пыли, принимаются целовать тучные ляжки.

– Я не хочу! – как-то жалобно пищит парень.

– Что? – взвивается Великая Екатерина.

Ударом ноги отбросив ближайшего Призрака, Максим рванул к выходу.

Мордоворот настигает беглеца в два шага и одним ударом сбивает с ног. Боксер катится, повалив по пути одну из украшенных перьями пленниц.

Плюясь слюной, Старуха заявляет:

– Ты сам выбрал свою награду, не ты будешь обладать мною, а тобой будет обладать… она!

И толстый, как сосиска, палец указывает прямо мне в грудь.

– С помощью вот этого.

Откуда-то из глубины кармана Великая Екатерина извлекла резиновый фаллос внушительных размеров, прикрепленный к кожаным трусикам.

– Я согласен… – побелевший, как стена, Боксер извивается в зажиме рук Мордоворота. – Я лучше буду вас…

Лучше бы он этого не говорил.

Старуха задохнулась от ярости.

– Ты полагаешь, я торгую СОБОЙ?

Все замерли, боясь привлечь к себе внимание.

Даже карлик замер, так и не нанеся удар плетью.

– Нет, нет, – бормочет Максим. Его колотит крупная дрожь, по лицу бегут пот и слезы.

– Приступайте, – опустившись на кресло, приказывает Великая Екатерина.

Призраки, отталкивая один другого, спешат утешить ее ласковыми поглаживаниями и поцелуями.

Шумно выдохнув, карлик подскакивает к Боксеру и наотмашь бьет рукоятью плети по лицу. Из разбитых губ брызжет кровь.

Мордоворот добавляет под дых, и Максим, задохнувшись, падает на колени.

Карлик ловко связывает его руки за спиной.

Нога Петра Евгеньевича несильно толкает в спину.

Боксер падает лицом на возвышенность.

Петля затягивается на шее.