Снайпер разведотряда. Наш человек в ГРУ

Фамилии из солдатских книжек выписать?

– У меня рука уже отваливается, – пожаловался радист и снова сел за ключ.

К вечеру у Олега начались судороги ног. После завершения связи он на четвереньках отполз к шалашу, достал из аптечки горчичники и облепил уставшие мышцы. Радист поймал несколько килограммовых лещей, затем на пару развели жаркий костер. За ужином немного поговорили за жизнь, пришли к общему согласию отдохнуть еще денек и завалились спать.

На рассвете радист запросил разрешение продолжить движение к заданной точке и получил неожиданный отказ.

Маленькой группе приказали вести наблюдение за рекой. Олег аж подпрыгнул: шлюзы разрушены, Висло-Одерская водная система и Неман недоступны. Суда и баржи ушли во время эвакуации, река осталась судоходной, но плавсредств на ней нет или почти нет. Восстановительные работы проведут лишь в сорок четвертом, и корабли Пинской флотилии примут участие в штурме Берлина.

Олег сосредоточенно вырезал из парашюта новые портянки, когда послышался характерный треск мотора.

Самолет! «Шторьх» – основной самолет разведки и рекогносцировки – кружил над лесом, порой улетая к заброшенным постройкам у берега реки. Разведчики забросали песком костер, затем принялись собирать речной мусор и маскировать шалаш.

– Достучались! Немцы нас запеленговали и теперь не отстанут, – сердито заметил Олег.

– Он скоро улетит, и мы сменим позицию, – спокойно ответил радист.

– Какую позицию? Вниз по течению нельзя, мы и так слишком близко от города!

Самолет заложил вираж и прошел вдоль реки.

Заходы следовали один за другим, разведчики хорошо видели сосредоточенное лицо пилота. Наблюдатель рассматривает в бинокль противоположный берег, но стоит ему посмотреть сюда – и кранты. С пятидесяти метров их маскировка лишь выдаст намерение спрятаться. Олег приготовил винтовку и стал ждать. Так и есть, после очередного виража курс вел прямо на них.

Как ни странно, но пилот первым увидел разведчиков, в оптику хорошо было видно удивление на его лице.

В тот же миг начал клацать затвор скорострельной винтовки. Самолет взмыл свечой, завалился набок, перевернулся и палкой воткнулся в мелководье.

– Собирайся, уходим! – крикнул Олег и скинул самодельный каяк на воду.

– Сейчас нет непосредственной угрозы, я обязан дождаться очередного сеанса связи, – возразил радист.

Наблюдатель тоже мертв, причем на груди лежит вылетевший из гнезда пулемет.