Снайпер разведотряда. Наш человек в ГРУ

– Молодец, Студент, умеешь правильно думать! – похвалил Лейтенант.

Первым делом проверили портфель. Убедившись в наличии заказанных документов, разведчики спрятали трупы в кустах и развернулись в обратную сторону.

Ехали по покрытой сажей дороге, решетка ограждения валялась рухлядью. За ней сплошное пепелище без намека на строения или деревья, пустошь, страшная черная пустошь. Олег следил за дистанцией до «Мерседеса», а думал о захваченных документах. Он успел пролистать несколько страниц обычного фотоальбома, где запечатлены остатки бронепоезда, осевшего грудой металлолома.

Зачем понадобились эти свидетельства? Или товарищ Сталин хочет порадовать заокеанских союзников? Советская пресса эту бомбежку никогда не упоминала. Впрочем, другие эпизоды применения напалма также замалчивались. Взять штурм Кенигсберга, город буквально залили всепожирающим пламенем.

– Внимание! Впереди пост, документы предъявляю я, – предупредил Моряк.

Лейтенант протянул офицеру бумаги, тот внимательно их осмотрел и задал вопрос:

– Почему едете на север, а не в Винницу?

– На вокзале сказали, что через Калиновку пройдет прямой поезд на Берлин.

Действительно, в двадцати километрах от Винницы расположен крупный железнодорожный узел, через который идут почти все поезда на Рейх.

– Проезжайте. – Офицер даже не глянул на документы в руке Моряка, но сказал странные слова: – Не напивайтесь, как в прошлый раз.

Едва бронемашина отъехала, командир обернулся к разведчикам и шутливо воскликнул:

– Опять засекли! Так можно попасть к Гиммлеру на ковер!

Ответом послужил дружный смех. Через несколько километров развилка, затем полсотни километров, и они на венгерской территории. После серии военных переворотов в Будапеште села фашистская власть, но сама идея не прижилась. Военные оценили угрозу немецкой оккупации, но воевать с Советским Союзом не хотели. Опыт Австро-Венгерской империи помогал генералам саботировать приказы, тем не менее дивизии отправлялись к Ленинграду и Москве.

Машины беспрепятственно проехали по мосту, остался последний и самый легкий участок. Вокруг бескрайнее пшеничное поле, далеко впереди виднеются желанные холмы Подолья. На дороге зачастили пологие спуски и подъемы с многочисленными мостиками через ручейки и лощинки.

– Вроде танк, ну-ка, глянь в бинокль.